Lex Nov

Драконий гарем. Глава 18. Том 2.

Added 2025-10-18 11:47:41 +0000 UTC

– Должно быть, это всё проделки любителя сыра. Иначе объяснить такое безумие невозможно.
– Владыка, вы о чём?
– Скажи мне, Муриками, в твоём понимании это нормально?
– Что именно, владыка?
– Ты смеёшься надо мной?
Я думал, что моё противостояние с дочерью зверя пройдёт иначе. Я предполагал, что это будет битва или попытка незаметно убить меня. В принципе, такая попытка действительно была, но она обернулась совсем не так, как я ожидал. Я до сих пор не могу понять, что же произошло, и это безумие никак не укладывается у меня в голове.
Начнём с того, что моя соперница почему-то увидела во мне аэдра… Или принца даэдра — кто знает. Во-вторых, она тащилась от моего запаха, словно это был для неё тяжёлый наркотик. У меня есть предположения на этот счёт. Я ещё в Тамриэле осознавал, что поглощённые души не останутся незамеченными. Помимо личной силы, они как-то изменили меня, по крайней мере в духовном плане.
Если бы только Муриками считала меня богом, это можно было бы списать на её психическое состояние. Но когда дремора начинает тебе поклоняться, невольно задумываешься о... Честно говоря, я ещё не понял, о чём стоит задуматься, но факт остаётся фактом — во мне видят кого-то другого.
Себя я не считаю божеством, мои желания вполне приземлённые. Я не стремлюсь нести мир во всём мире или, наоборот, сражаться с ним. Я хочу прожить достойную и спокойную жизнь, и некоторое время мне это удавалось. Если кто и был приближён к Богу, так это моя покойная супруга, которая с помощью неведомых сил умела сдерживать мой нрав. Особенно когда я только попал в этот мир, было немного сложно, но она мне в этом помогла. Я действительно тогда полюбил тихую и спокойную жизнь. Особенно приятно было наблюдать, как росли мои дети, как любимая всегда была рядом и поддерживала все мои начинания. Тихо заниматься своим делом, а не нестись куда-то сломя голову с мечом в руках.
Но сейчас я понял, что спокойной жизни мне не будет. Я взвалил на себя довольно большую ношу в виде этого клана Руки. И ладно бы только они одни, сейчас у меня на воспитании находятся дети, которых тоже нужно растить, учить, и надеюсь, что в будущем они вырастут достойными людьми.
Вернёмся к дочери зверя и её отношению ко мне. Она рассказала, что явилась сюда, чтобы убить меня, но потом что-то во мне разглядела и её это пробрало… Очень пробрало. В итоге вместо одной из своих воительниц я... Кхм, попробовал её, и до последнего не знал, что она является той самой, за которой я охотился. И может быть, даже не понял бы, принял бы её за обычного мутанта, пока сюда не вбежала Муриками. Как я уже чуть позже узнал, мою последовательницу погрузили в кошмары, из которых она выбралась с большим трудом. И похоже сама Муриками не знает, как поступить в этой ситуации.
Сначала я просто попытался выгнать отсюда эту Хеллбрайд, все же после того как я её поимел, моя злость немного утихла на неё. Но вместо того чтобы поблагодарить меня за то, что не снёс ей голову, она чуть не заплакала и начала просить, чтобы я её не выгонял. А также начала утверждать, что поможет моей божественной миссии… Вот тут-то мне и закралась мыслишка, что один любитель сыра в этом постарался. Ведь меня считают за аэдра, а на службу лезут дреморы… Разве это не безумие?!
Я отправил демоницу обратно и сказал, что подумаю, стоит ли её оставлять рядом с собой.
— Муриками, может, стоит просто снести ей голову, чтобы избежать дальнейших проблем?
— М? — девушка подняла на меня взгляд.
О, я же до сих пор голый! Со всей этой суматохой я даже не успел одеться.
— Муриками, посмотри мне в глаза, пожалуйста.
— Простите, владыка, я просто задумалась. Простите меня, владыка. — Она упала на колени и склонила голову к полу.
— Лучше встань. — Но девушка продолжала сидеть, уткнувшись лбом в пол. Ну что ж, если она хочет, то пусть остаётся так.
Я подошёл к шкафу и начал думать, что надеть. Мне принесли сюда много разных вещей, даже у Элисиф Прекрасной, кажется, нет столько одежды, сколько мне здесь положили. В итоге я не стал мудрить и просто накинул на себя обычный халат.
— Я спрашивал, как поступить с дочкой зверя? Стоит ли сразу разобраться с ней, чтобы в будущем она не решилась на месть?
— Я не знаю, как поступить с ней, владыка. Если вас интересует моё мнение, то я бы предпочла, чтобы она осталась. — произнесла она, всё ещё сидя в своей позе.
— Поясни.
— Если бы она желала вас убить, то непременно попыталась бы это сделать, а не стала бы вас... удовлетворять, поклоняться вам и тем более расстраиваться, когда вы милостива подарили ей жизнь, но собирались выгнать.
Пожалуй, в этих словах есть логика. Но доверять дреморе... Ладно, буду надеяться, что это не отразится на будущем, потому что в следующий раз я уже не буду настолько милостив к её собратьям.
— Ладно... Хэнд...
Стоило мне только произнести её имя, как воздух вокруг меня пошёл рябью. Через пару секунд передо мной стояла девушка, которая уже кардинально отличалась от той, что была в постели со мной. Сейчас её волосы стали намного короче и более волнистыми, глаза были абсолютно красными, и такое чувство, будто в них плескалось пламя. В отличие от меня, она успела одеться и прихорошиться. Сейчас на ней был довольно обтягивающий корсет, который едва прикрывал её грудь, на руках и шее — массивные браслеты с шипами, а на теле — множество татуировок. Губы её были накрашены, а в ушах висели довольно массивные серьги. Она абсолютно не была похожа на ту, что была в моей комнате. Помимо корсета на ней была юбка, которая едва прикрывала её бедра. Похоже, её наряд был прямиком из секс-шопа...
— Кхм, я смотрю, ты успела привести себя в порядок...
— В аду время бежит немного иначе.
— А, ясно. Скажи, ты теперь можешь спокойно появляться в этом мире?
— Мои последователи... — Она ненадолго задумалась и продолжила: — Точнее, уже ваши последователи пробили для меня брешь, но маги земли могут её спокойно закрыть. И это уже должно было произойти, но почему-то древняя не спешит с этим, хотя раньше любую малейшую попытку пресекали практически моментально. Я и сама удивлена, что смогла с лёгкостью пробиться в этот мир, хотя занавеса уже не действует.
Я хотел поинтересоваться, что за занавеса... Но сейчас были куда более насущные дела.
— Скажи, ты собираешься мне мстить за смерть отца?
— Я... Я ещё немного зла по этому поводу, но отец сам виноват, что решил сражаться с богом. Ведь он увидел ваши силы и решил идти до конца, так что в своей гибели он виноват исключительно сам.
Да уж, странная логика. Но что тут скажешь, это же дремора, и у них немного своё понимание о происходящем.
Однако сейчас меня больше волновал другой вопрос: почему ей до сих пор позволяют находиться в этом мире? В памяти невольно всплыла улыбка древней... Неужели она все знала заранее и предвидела исход событий? Ладно, этот вопрос можно отложить на потом.
Также я подумал о том, что она и её приспешники убили множество людей. Хотя воины руки поклонялись ей и выполняли её приказы, вся вина лежала именно на демонице. Меня охватило двоякое чувство. С одной стороны, мне хотелось снести ей голову, ведь на её руках кровь многих невинных. С другой стороны, сейчас она не представляет опасности, а в будущем может оказаться очень полезной.
Ей же самой на простых людей, по сути, наплевать. В глазах дреморы люди — это... Если не насекомые, то что-то близкое к ним. Слишком разные менталитеты, слишком разные мировоззрения.
Ладно, сделаем проще. Мёртвых уже не вернёшь, а за любой малейший проступок снесу ей голову. Если же она докажет свою полезность, пусть живёт. Ручной дремора — это крайне полезная вещь, и я надеюсь, что в будущем не пожалею об этом.
— Ладно, надеюсь, ты не доставишь мне хлопот, — я строго посмотрел на готическую девушку. — Потому что они окажутся последними, что ты успеешь сделать. Если понадобится, я спущусь даже в ад.
— Я поняла вас, владыка, клянусь, никаких проблем со мной не будет... — она крепко задумалась, а после сжалась. — Хотя все же...
Она замялась и не знала, как продолжить, значит, какие-то проблемы всё же будут.
— Говори, — строго приказал я.
— Отец подыскивал мне мужа, и в какой-то мере за мою руку идёт борьба. Боюсь, что некоторые женихи могут прийти к вам, в надежде доказать, что они достойные. — было видно, как девушка сжалась.
Мне оставалось тяжело вздохнуть и помассировать переносицу... А потом в голову пришла одна идея, или, точнее, возник вопрос. А сгодятся ли их сердца для того, чтобы сделать броню и оружие?!
— Владыка, вы что-то задумали? — спросила демоница.
Да и Муриками оторвала свою голову от пола и с интересом смотрела на меня.
— Да вот, подумал, а сгодятся ли ваши сердца для того, чтобы я мог сделать себе новый меч и броню?
Демоница рядом со мной побледнела, хотя о казалось, это вообще невозможно. Но судя по тому, как её оттенок кожи стал более серым, то всё же возможно.
— Я не знаю, владыка, я, конечно, слышала, что есть адские кузнецы, которые с помощью своей крови делают мощное оружие, ну я не знаю...
— Значит можно, — я с интересом посмотрел на дремору, которая стояла напротив меня.
— Владыка?! — она посмотрела на меня с какой-то мольбой.
— Да успокойся ты, буду экспериментировать на твоих женихах.
Девушка выдохнула, и кажется, она испытала довольно сильное облегчение.
— Ладно, а сейчас обсудим следующие вопросы...
Дальше у меня состоялся довольно объёмный разговор. Все остатки руки, которые не принадлежали мне, будут работать немного отдельно от меня. Не хочу, чтобы они были рядом со мной и детьми. Также Хеллбрайд поможет навести порядок в городе, а то мне неприятно видеть, как пылает город, в котором я живу.
Также я узнал интересную информацию о том, что в этом мире существуют лазейки, через которые периодически прорываются демоны. Однако здесь есть маги, которые быстро нейтрализуют угрозу.
В этот момент в помещении раздаётся вибрация телефона, которую слышно повсюду. Муриками, засунув руку между грудей, достаёт оттуда мой телефон. На её одежде нет карманов, и это место для хранения кажется довольно интересным. Она смотрит на экран и говорит:
— Владыка, это Сингэн, что мне ей ответить?
— Ничего, я сам отвечу.
Мне протягивают телефон, и я поднимаю трубку:
— Слушаю.
— Ну наконец-то я до тебя дозвонилась, Джон, нам нужно встретиться.
— Прости, но сейчас не подходящее время.
— Мы должны встретиться. — произносит она, чеканя каждое слово, и это звучит как требование.
— Знаешь, я тебе очень благодарен за то, что ты мне помогла, но ты не в праве что-то требовать от меня. — говорю я холодно.
Девушки, находящиеся рядом со мной, переглядываются, и демоница решает вмешаться:
— Никто и ничто не вправе требовать с владыки. — она сжимает кулаки. — Разрешите мне разобраться с этим вопросом.
Я качаю головой.
— Кто там говорил, что значит разобраться? — раздаётся в трубке. — Джон, объяснись!
— Что я должен тебе объяснять? — почему-то этот разговор начинает меня злить. — Мы с тобой не женаты, если уж на то пошло, мы даже не спали, какое право ты имеешь что-то требовать от меня?
Сингэн... Она привыкла, что всё делается по её требованию, но мне она казалась довольно адекватной, а сейчас она похожа на какую-то истеричку.
— Ах вот так вот да? И это после моей помощи тебе?!
— Сингэн, давай ты просто коротко скажешь, чего ты хочешь от меня.
— Я тебе уже говорила: я хочу, чтобы ты был только мой, чтобы ты женился на мне!
— Нет.
Повисает неловкое молчание, которое длится почти двадцать секунд.
— Ты отказываешь мне?
— Да. — и после этого она бросает трубку.
Какой корус её ужалил?! Что это вообще было? После этого разговора на душе как-то неприятно. Она, конечно, не раз говорила, что выйдет за меня, но я никогда не давал ей прямых намёков на это, да и косвенных тоже. Видимо, привычка брать всё и вся слишком въелась в неё, и похоже, она посчитала меня своей вещью.
Буду надеяться, она не сделает опрометчивых поступков, потому что мне не хотелось как-либо ей вредить. Ведь что ни говори, но она действительно мне помогла, хотя в свою очередь и я помог ей. Сейчас она довольно сильно закрепилась в этом городе, и всё благодаря только моему имени. Но этого она, похоже, не видит, а воспринимает как данность.
Да аэдра с ней, сейчас у меня есть более важные дела, а не играть свадьбу, особенно когда в душе сидит абсолютно другая... Ороро... Интересно, как там у неё дела?
***
Неделю спустя.
– Здравствуйте, дорогие зрители! С вами передача «Вечерний Нью-Йорк» и, как всегда, ваш неизменный ведущий Майк Джефферсон. Сегодня мы затронем очень сложную тему, которая разделила страну на два противоположных лагеря. Речь пойдёт о «Чёрном Ангеле».
Сегодня у нас будет много интересных гостей, и мы рады приветствовать в студии полковника Уильяма Страйкера!
На экране появляется Уильям Страйкер, одетый в вечерний костюм. Он проходит в зал, где установлены мягкие диваны, и садится напротив ведущего.
– Здравствуйте, Майк, спасибо, что пригласили.
– Не за что, полковник. Вы один из тех, кто видит в Чёрном Ангеле угрозу для Америки!
Уильям Страйкер выпрямляется на диване, его взгляд становится холодным и суровым.
– «Чёрный Ангел» убил Уилсона Фиска — человека, известного как благотворитель и бизнесмен. Он сровнял с землёй целый офисный центр, и после этого исчезли десятки людей. Их тела так и не были найдены.
Ведущий пытается вставить слово, но Страйкер не позволяет ему этого сделать.
– Он искалечил множество людей. Переломанные конечности, необратимые травмы позвоночника. И вы называете его героем?
Страйкер подаётся вперёд, его голос становится угрожающим шёпотом:
– Проект «Страж» — единственная надежда человечества. Либо мы возьмём под контроль мутантов, либо завтра все станем их рабами.
Ведущий выпрямляется в кресле, глядя Страйкеру прямо в глаза.
– Полковник, давайте поговорим о фактах. Чёрный Ангел спас целый полицейский отряд, когда их загнали в угол агрессивные мутанты. Офицеры подтвердили, что без его вмешательства все они были бы мертвы.
Он перелистывает бумаги в своей папке.
– А что насчёт инцидента в торговом центре? Террористы из «Десяти колец» захватили десятки заложников. Спецназ не мог штурмовать здание, но Чёрный Ангел нейтрализовал угрозу без единой жертвы среди гражданских.
Страйкер презрительно фыркает.
– Это всё жалкие попытки оправдаться! Несколько «хороших дел» не искупают опасности, которую он представляет. Сегодня он спасает заложников, а завтра решит «спасать» человечество от нас самих!
Ведущий откидывает папку и смотрит прямо в камеру.
– Полковник, вы упускаете важные детали. Люди, которых «искалечил» Чёрный Ангел, были замечены с оружием. Свидетели утверждают, что это были ярые противники мутантов, открыто призывавшие к насилию.
Страйкер нетерпеливо постукивает пальцами по подлокотнику.
– Кроме того, — продолжает ведущий, — есть свидетельство девушки, которую он спас от банды. По её словам, он полностью исцелил её раны. Разве это похоже на действия монстра? А что насчёт Фиска? После его смерти город погрузился в хаос. Преступные группировки начали войну за территории. Странное совпадение, не находите?
Страйкер становится багровым от ярости.
– Вы не видите очевидного! Эти «добрые дела» — дымовая завеса! Мутант с неограниченной силой — угроза по определению! Завтра он может решить, что человечество недостойно жизни! Проект «Страж» — единственный щит между цивилизацией и хаосом, который принесут такие, как он!
– Что же, полковник, я услышал ваше мнение. А теперь мы пригласим в студию ещё одну гостью.
В студию входит молодая женщина в отутюженной полицейской форме. Её светлые волосы собраны в строгий пучок, но несколько прядей выбились, придавая ей немного взволнованный вид.
– Это офицер Кэрри Миллс, — представляет ведущий. — Она была среди тех полицейских, которых спас Чёрный Ангел.
Миллс садится напротив Страйкера, её взгляд горит решимостью.
– Мистер Страйкер, с уважением к вашему званию, но вы говорите чушь, — начинает она без предисловий. — Я была там. Мы попали в засаду мутантов, потеряли двоих. Нас загнали в угол, боеприпасы заканчивались. Мы были трупами.
Страйкер пытается вставить слово, но девушка продолжает:
– Чёрный Ангел появился из ниоткуда. Он встал между нами и ними. Вы говорите о контроле мутантов? А как насчёт контроля ваших предубеждений? Без него меня бы здесь не было. Как и других двенадцати офицеров.
Её голос дрожит, но взгляд остаётся твёрдым:
– Вы судите, не зная фактов. Это называется предвзятость, сэр. – Офицер Миллс подаётся вперёд, глаза горят праведным гневом. — Чёрный Ангел не разделяет людей и мутантов! Если бы он был против людей, как вы утверждаете, он бы позволил тем мутантам там разорвать нас на части! Но он защищал нас — людей!
Страйкер презрительно фыркает:
– Наивная девчонка. Только вчера закончила академию и уже думает, что понимает истинную природу угрозы? Может, тебе промыли мозги, милочка?
По залу пронеслась волна возмущённого шума.
– Сексист!
– Позор!
– Убирайся!
Крики становятся всё громче. Кто-то швыряет бумажный стаканчик, который пролетает в нескольких сантиметрах от головы Страйкера.
Полковник резко поднимается, его лицо перекошено от ярости.
– Вы все пожалеете об этом, — процедил он сквозь зубы и, развернувшись, покидает студию.
Чуть позже.
Ведущий покинул телестудию через служебный выход, усталость стекала с него подобно каплям дождя. День выдался напряжённым — словесная дуэль со Страйкером выжала все силы. Когда к бордюру плавно подкатил чёрный "Роллс-Ройс", ведущий не удивился.
Задняя дверь открылась, и в полумраке салона показался силуэт лысого мужчины в элегантном костюме.
— Блестящая работа, Майкл, — произнёс Чарльз Ксавьер, его голос звучал мягко. — Общественное мнение — мощный инструмент.
— Я просто делал свою работу, профессор, — ответил ведущий, наклоняясь к открытой двери. — Не забыл, как вы помогли мне, когда мои способности только проявились. Я чуть с ума не сошёл от голосов в голове.
— Мутанты должны помогать друг другу, Майкл, — улыбнулся Ксавьер. — Особенно когда такие, как Страйкер, пытаются нас уничтожить.