Драконий гарем. Глава 2.
Added 2025-07-03 15:17:05 +0000 UTCАнна Смит, военный лётчик США.
– Проклятые немцы, с их проклятым рейхом – тихо ругаюсь про себя.
Как же нелепо я попала в плен! Задание было не сложным — уничтожить вражеский аэродром. Разведка ошиблась, по данным там не должно было быть орудий ПВО. Но когда крыши ангара начали разъезжаться в стороны, я поняла, что дело плохо. А когда показались сдвоенные орудия ПВО, стало совсем плохо. Кто же мог подумать, что эти твари додумаются таким способом скрыть от разведки свою противовоздушную оборону!
Далеко улететь не получилось: первые попадания пришлись в крыло и хвостовую часть самолёта, и он мгновенно потерял способность маневрировать или набирать высоту. Оставалось только прыгать с парашютом. Полет прошёл без осложнений, но уйти далеко не дали: меня скрутили и доставили сюда, где добрые тёти-дознаватели смогли вытрясти из меня всё, что представляло хоть какую-то ценность. Я прекрасно знала, что ничего ценного им не расскажу, так как просто не знаю. Нас никогда в такое не посвящают, чтобы ценные данные не попали к врагу. Нам просто ставят цель, и мы должны её выполнить. Только вот ни цели не выполнила, ещё и к врагу попала...
После жёсткого допроса меня закинули в камеру к другим бедолагам. Здесь были как военные, так и мирные граждане, на которых ставили различные эксперименты. А ведь я в это ещё не верила, думала, что нам говорят это для того, чтобы мы больше ненавидели врага. Как оказалось, они даже половины не говорили.
В камере рядом со мной находился молодой парень, судя по его речи, русский. Вид у него был не очень: грязные повязки и большое красное пятно на бинтах в районе живота. Он был бледен, и боюсь, что в таком темпе он долго не протянет.
Вообще русские парни очень крепкие. Они наравне с женщинами защищают свою родину, порой закрывая собой товарищей от пулемётной очереди. Их героизм подтолкнул многих женщин вступить в ряды добровольцев, отправляющихся на фронт. Да и многие девушки мечтали найти себе такого парня, как эти ребята.
По-русски я понимаю не очень, но некоторые фразы легко можно разобрать. То, что говорил парень, внушало некоторое уважение: он утверждал, что всю эту фашистскую погань они передушат, если не он, то его собратья. Многие его слова я не понимала, но судя по тому, как он говорил их сквозь зубы, это были маты. Действительно, такие парни внушают уважение.
Внезапно свет, который и до этого был тусклым, начал мигать. Первые пять минут ничего не происходило, и я надеялась, что могут прийти союзники. Однако надежда таяла, пока не начали раздаваться выстрелы, и меня вновь охватило воодушевление.
Камера, в которой я находилась, представляла собой обычную тюрьму с решётками. Здесь было несколько железных коек без матрасов, умывальник и дырка в полу, которая служила отхожим местом. Напротив меня находилось другое помещение, предназначенное для операционной. Оно было за стеклом и железной дверью, но большое панорамное окно позволяло видеть всё, что там происходило. За те ужасные дни, что я здесь провела, я повидала много ужаса.
Создавалось впечатление, что операционную разместили специально, чтобы узники могли видеть, что их ждёт. Иногда в соседние камеры заходили люди, брали кого-то из них и тащили туда, приковывая к металлическому креслу или столу, в зависимости от процедуры. Часто с помощью капельницы вливали какую-то жидкость, из-за чего многие подопытные умирали сразу, а кто не умирал, получал страшные мутации. С некоторых слазила кожа, у кого-то появлялись новые образования, но никто из них не мог долго прожить, так как после процедуры их начинали вскрывать.
Мне было страшно здесь умирать, я молилась всем святым и уже была готова покончить с собой, чтобы не испытывать того, что испытывают эти бедолаги. Но здесь не было никаких предметов, чтобы совершить самоубийство, если только не убиться головой об раковину или не утонуть в отхожем месте.
Выстрелы прозвучали вновь, на этот раз уже ближе. Мне показалось, что разорвалась граната, и вновь наступила тишина. Может быть, эти твари проводят какие-то эксперименты?
Снова начали раздаваться выстрелы, мимо моей камеры пронеслась толпа вооружённых женщин и мужчин.
— Похоже, наши идут, — произнесла я, поворачиваясь к парню. — Слышишь, парень, не думай умирать, нас скоро вытащат.
Парень был совсем плох и, похоже, меня уже не слышал, лишь хрипло дышал.
Вновь зазвучали выстрелы, а затем раздался звук, похожий на раскат молнии, от которого в ушах даже немного зазвенело. И вновь наступила тишина. Что же там происходит?
Я увидела, как группа вооружённых людей заняла позицию в дальнем конце коридора, а через мгновение послышались тяжёлые, но размеренные шаги. И то, что я увидела, заставило меня раскрыть рот и присесть от удивления. В проходе показалась массивная фигура, закованная в чёрные доспехи...
Исполинская фигура возвышалась среди узких коридоров комплекса Гидры. Чёрная броня поглощала свет ламп, превращая его в живую тень. Каждая пластина доспеха, украшенная странными рунами, переливалась зловещим чёрным блеском, отражая искажённые силуэты разбегающихся учёных, на которых он вообще не обращал внимания.
За спиной воина покачивался огромный клинок — изогнутое лезвие из чёрного металла с кроваво-красными прожилками, словно внутри заключена душа демона. Рукоять, обмотанная кожей, которая была похожа на кожу здоровой ящерицы, венчал алый камень, пульсирующий в такт биению сердца владельца.
Шаги неизвестного отдавались гулким эхом, заставляя дрожать стены. Чёрный глухой шлем скрывал лицо, лишь горящие нечеловеческим огнём глаза мерцали из-под забрала. Солдаты, видевшие много смертей, едва не падали на колени перед этим воплощением древней мощи, ступившим в мир людей.
По нему открыли огонь, и я уже мысленно представила, как изрешетят неудачливого спасителя. Но от того, что в него попадали пули, он даже не шелохнулся. А затем он сказал всего лишь три коротких слова на непонятном языке:
— Йол Тор Шул!
И в следующую секунду по коридору пронеслось пламя, из-за чего мне пришлось даже отпрыгнуть подальше, так как я чувствовала, насколько оно жаркое.
Я подошла к решётке и заглянула за угол, чтобы увидеть, что стало с фашистами. То, что я увидела, одновременно и обрадовало меня, и напугало. Они все были обуглены до костей, и лишь одна фигура хрипло ползла к оружию. Из-за ожогов было сложно понять, кто это.
Монстр в доспехах медленно подошёл к этой фигуре. В следующее мгновение он поднял ногу, закованную в чёрный латный сапог, и опустил её на голову, словно наступил на перезрелый помидор. Легкость, с которой это было сделано, заставила меня ужаснуться.
Я нашла в себе силы, чтобы попросить:
— Помоги мне.
Фигура в доспехах остановилась и взглянула на меня. Он подошёл к моей клетке и, слегка наклонившись, заглянул в замочную скважину. Затем он внимательно осмотрел всю дверь и, схватив её руками, оторвал вместе с петлями и замком. С лёгкостью, которая вызывала одновременно уважение и страх, он вошёл в камеру.
Я невольно сжалась, только сейчас осознав, что у него могут быть далеко не благие намерения. Фигура в доспехах осмотрела меня с ног до головы, а затем бросила взгляд на моего сокамерника, который, казалось, не протянет и получаса. Проклятие, парней и так мало, они умирают фактически на руках.
— Ему уже не помочь, — произнесла я с печалью в голосе. Мне хотелось плакать, потому что я понимала, что парень вряд ли сможет выкарабкаться, даже если ему сейчас окажут помощь.
Воин в доспехах проигнорировал меня или, возможно, даже не услышал. Он подошёл к парню и склонился над ним, пристально глядя в его глаза, а затем на рану. Он поднёс к его животу свою массивную руку, закованную в чёрную перчатку из неизвестного материала. В следующую секунду с неё полился яркий свет, а вокруг зазвучали тысячи маленьких колокольчиков, слившись в один протяжный хор. То, что я увидела, заставило меня потерять дар речи.
Было видно, что от этого парню становится легче: его дыхание становилось более ровным, цвет кожи приобретал более нормальный оттенок, а кровь, которая была на повязках, стала исчезать. Через мгновение там, где была рана, появился маленький бугор, и из-под бинта выпала пуля. Теперь парень был в порядке и, похоже, просто спал. Однако у спасителя были другие планы.
Русский парень получил мощную пощёчину, из-за чего его голова мотнулась вбок. В следующее мгновение он раскрыл глаза и увидел перед собой массивную фигуру в чёрных доспехах. Вопреки ожиданиям, он не закричал, а лишь с испугом уставился на него. Буквально через несколько секунд он быстро взял себя в руки и начал осматривать себя, попутно сдирая бинты с живота, где проглядывался лишь мелкий шрам, почти не заметный.
Воин, потеряв к нему всякий интерес, направился к выходу.
— Стой, подожди, — сказала я ему, но он проигнорировал мои слова, одарив лишь мимолётным взглядом.
Подойдя к следующей камере, он также вырвал двери без зазрения совести, откинув её в стекло операционной. Зайдя в камеру, он начал исцелять всех, кто был ранен, даже если и не сильно. И так камера за камерой.
Я подбежала к убитым немецким солдатам и забрала оружие, которое более или менее сохранилось. Проверив патроны, я встала возле воина, чтобы прикрывать ему спину, хотя мне кажется, это ему даже было и не нужно. Когда я оказалась возле него с оружием, он вновь окинул меня взглядом, после чего кивнул мне и продолжил заниматься тем, чем занимался до этого — исцелять раны. Было невероятно наблюдать за этим, а главное — страх от того, какими силами он обладает.
То, что он делал, было настоящей магией, не иначе. Это было невероятно, как с такой лёгкостью заживали даже самые страшные раны. Казалось, я могла бы наблюдать за этим процессом бесконечно.
Мне было любопытно, кто скрывается под чёрным доспехом — парень или девушка? Но потом я вспомнила голос, который звучал из-под доспехов, и пришла к выводу, что это всё же мужчина. Женский голос не мог бы звучать именно так. Хотя после всего увиденного я не удивилась бы, если бы там оказался инопланетянин.
В конце коридора послышались шаги и команды на немецком. Фигура в доспехах в это время была в коридоре, и когда он снова услышал противника, между его пальцами начало плясать пламя. Я видела, как оно с каждой секундой набирало силу, и быстро зашла в одну из камер, чтобы не попасть под удар. Когда в проходе появились первые немецкие солдаты, с его руки сорвался настоящий огненный шар, как в сказках про волшебников. Он быстро пролетел по коридору и попал в девушку в форме гидры, вызвав настоящий взрыв, словно от зажигательной гранаты. В коридоре раздались крики и хрипы, которые быстро затихли.
Я, как и все пленники, уставились на нашего спасителя. В наших глазах он был словно святой, спустившийся с небес, чтобы помочь тем, кто уже и так сильно настрадался. Он выглядел так, будто нёс возмездие за те грехи и боль, которые успели причинить немецкие учёные и офицеры.
Кстати, насчёт учёных: хотя он их и не трогал, так как они не носили при себе оружие, это не значит, что пленники будут это терпеть. Многие из них, как только добрались до оружия, не стеснялись пускать его в ход против «белых халатников», от которых они успели настрадаться. На их действия фигура в доспехах лишь пожала плечами и продолжала заниматься тем, что вскрывал последние камеры.
Народу собралось не мало — чуть больше двадцати человек, у всех были разные национальности. По остаткам формы можно было легко понять, что половина из них — военные, которые уже успели обзавестись оружием. Я же не отходила от него, стараясь прикрыть спину хотя бы так, потому что начинала чувствовать свою ущербность, как и мой сокамерник, который тоже был рядом. Многие люди обнимались, из их глаз катились слёзы, они не верили, что спасение прибудет. В принципе, даже я уже перестала надеяться, но как показала жизнь, чудеса случаются, а иногда и в прямом смысле.
После того как все были спасены, фигура в доспехах осмотрела всю нашу толпу и, казалось, о чём-то задумалась. В следующее мгновение он взял свой шлем и стянул его с головы...
Все девушки в помещении ахнули, потому что на них сейчас смотрел светловолосый красавчик. У него были длинные светлые волосы, заплетённые в конский хвост, зелёные глаза были весьма выразительными и с интересом осматривали всех присутствующих. На лице была короткая, но аккуратно стриженная бородка, которая придавала ему ещё больше харизмы. Лицо было симметричным, а его нос был немного искривлён вправо, но было это едва заметно. А ещё на его лице было три шрама, словно от когтей какого-то зверя, шрамы шли от самого лба, через переносицу и заканчивались на середине щеки.
Мужчина заговорил, но то, что он сказал, никто не смог понять. Он говорил на каком-то непонятном языке, и я даже сама не могла сказать, на каком, это не было похоже ни на один из языков, которые я знала или слышала.
Он вновь погрузился в раздумья, а затем заговорил, словно пытаясь что-то у нас спросить. Его интонация выдавала напряжённость. Он начал показывать на проходы, разводя руки в стороны.
— Кажется, он хочет узнать, где выход, — раздался голос какого-то старика, непонятно как здесь оказавшегося.
Русский парень подбежал к стене и сорвал с неё лист бумаги. Как я позже поняла, это был план эвакуации. Он тут же подошёл к воину в доспехах и начал показывать ему карту. Мужчина кивнул в ответ и с интересом изучил документ. Паренёк не растерялся и активно объяснял ему, где мы находимся и как добраться до выхода. После недолгой беседы, в ходе которой мужчина в основном молчал, он лишь коротко кивнул, надевая свой шлем обратно.
В следующее мгновение воин в доспехах поднял ладони, и между ними начала появляться сфера. Как и огненный шар, она постепенно увеличивалась в размерах. Я, как и все остальные, отпрыгнула в сторону, но это было не нужно. Рядом с ним материализовалось существо, напоминающее женскую фигуру, объятую огнём, только без верхней половины головы. Оно парило над землёй буквально в нескольких сантиметрах от пола, оставляя за собой огненный след. Мужчина что-то сказал ей, и огненная девушка полетела в конец строя, чтобы прикрывать наши спины.
Все смотрели на эту фигуру, раскрыв рты. Многие, не веря в происходящее, пытались себя ущипнуть. А у нас фигура, стоя на месте, начала вытворять замысловатые кульбиты в воздухе. За этим было интересно наблюдать. Я уже, кажется, ничему в этой жизни больше не удивлюсь, я видела всё, что только возможно увидеть.
Затем мы двинулись по коридору. Массивная фигура шла впереди всех, а огненная девушка замыкала наш неровный строй. Пройдя пару поворотов, мы упёрлись в укреплённую позицию врага. Как только наш спаситель вышел из-за поворота, на него тут же полилось целое облако свинца, выпущенное из тяжёлых пулемётов. Его едва не снесло с ног, но он быстро спрятался за угол, а пулемёты всё не утихали.
Сейчас было видно, что на его доспехах появилось пара мелких вмятин, и это от тех пулемётов, которые способны прошить броню у лёгких танков. Что это за сплав такой, крупный калибр оставляет только вмятины? Мужчина что-то сказал, и судя по его интонации, похоже, он сейчас матерился.
В следующее мгновение возле его рук снова начала появляться сфера. Неужели он хочет призвать ещё одну огненную девушку? Но нет, на этот раз появилось кое-что другое. Ожившая глыба льда... Именно такое сравнение сразу приходит в голову, да и ни на что другое оно больше не похоже. Здоровенная фигура трёхметрового айсберга, от неё сейчас шёл холод, и казалось, что если стоять рядом с ним, можно замёрзнуть насмерть.
После того мужчина отдал короткую команду, и ледяной великан побежал на тяжёлые пулемёты, которые фактически не переставали строчить. Было видно, как пуля пробивает и крошит его плоть, но фигура не останавливалась, а продолжала бежать до самых их позиций. В какой-то момент у него треснула нога, и он упал возле пулемётов. Немецкие солдаты начали радостно кричать и улюлюкать, но ледяная фигура буквально через несколько мгновений взорвалась тысяч осколками льда, из-за чего позиция пулемётчиков стала похожа на решето.
После этого воин в доспехах моментально покинул своё укрытие и направился туда. Многие были ещё живы, но им оставалось недолго. Только вот их жизнь стала ещё скоротечнее, когда в руке у чёрной фигуры появился полупрозрачный кинжал, чем-то смахивающий на его меч, который был у него за спиной. Этим кинжалом он наносил короткие колющие удары либо в область сердца, либо в висок. То, что я видела, заставило меня сжаться от ужаса. Я видела, как с помощью этого кинжала он забирает их души, скорее всего, отправляя их в ад, где им и самое место.
Мы продолжили свой путь, не встречая сопротивления, но вскоре столкнулись с огромной раздвижной металлической дверью, которая была закрыта и, казалось, не собиралась открываться.
Сбоку от двери я заметила кнопку и нажала на неё, не побоявшись. К сожалению, ничего не произошло — видимо, дверь была заблокирована. Воин в доспехах на мгновение замер, а затем достал свой огромный меч из-за спины. В следующее мгновение он пронзил дверь между стыков, немного повернул клинок, и между раздвижными дверями образовался зазор.
Одной рукой он схватился за край двери, а другой начал пытаться её раскрыть. Двери скрипели, но не поддавались, и было слышно, как от натуги трещат его латы — ничего не получалось.
— Похоже, её не открыть, нужно искать другой путь, — произнесла я.
Однако мужчина, как и до этого, не стал меня слушать. Из его уст вырвались новые слова:
— Муль Ква Див.
И он внезапно преобразился: на нём появились призрачные доспехи, на голове — такие же призрачные рога, а фигура стала напоминать... Драконью.
– Проклятые немцы, с их проклятым рейхом – тихо ругаюсь про себя.
Как же нелепо я попала в плен! Задание было не сложным — уничтожить вражеский аэродром. Разведка ошиблась, по данным там не должно было быть орудий ПВО. Но когда крыши ангара начали разъезжаться в стороны, я поняла, что дело плохо. А когда показались сдвоенные орудия ПВО, стало совсем плохо. Кто же мог подумать, что эти твари додумаются таким способом скрыть от разведки свою противовоздушную оборону!
Далеко улететь не получилось: первые попадания пришлись в крыло и хвостовую часть самолёта, и он мгновенно потерял способность маневрировать или набирать высоту. Оставалось только прыгать с парашютом. Полет прошёл без осложнений, но уйти далеко не дали: меня скрутили и доставили сюда, где добрые тёти-дознаватели смогли вытрясти из меня всё, что представляло хоть какую-то ценность. Я прекрасно знала, что ничего ценного им не расскажу, так как просто не знаю. Нас никогда в такое не посвящают, чтобы ценные данные не попали к врагу. Нам просто ставят цель, и мы должны её выполнить. Только вот ни цели не выполнила, ещё и к врагу попала...
После жёсткого допроса меня закинули в камеру к другим бедолагам. Здесь были как военные, так и мирные граждане, на которых ставили различные эксперименты. А ведь я в это ещё не верила, думала, что нам говорят это для того, чтобы мы больше ненавидели врага. Как оказалось, они даже половины не говорили.
В камере рядом со мной находился молодой парень, судя по его речи, русский. Вид у него был не очень: грязные повязки и большое красное пятно на бинтах в районе живота. Он был бледен, и боюсь, что в таком темпе он долго не протянет.
Вообще русские парни очень крепкие. Они наравне с женщинами защищают свою родину, порой закрывая собой товарищей от пулемётной очереди. Их героизм подтолкнул многих женщин вступить в ряды добровольцев, отправляющихся на фронт. Да и многие девушки мечтали найти себе такого парня, как эти ребята.
По-русски я понимаю не очень, но некоторые фразы легко можно разобрать. То, что говорил парень, внушало некоторое уважение: он утверждал, что всю эту фашистскую погань они передушат, если не он, то его собратья. Многие его слова я не понимала, но судя по тому, как он говорил их сквозь зубы, это были маты. Действительно, такие парни внушают уважение.
Внезапно свет, который и до этого был тусклым, начал мигать. Первые пять минут ничего не происходило, и я надеялась, что могут прийти союзники. Однако надежда таяла, пока не начали раздаваться выстрелы, и меня вновь охватило воодушевление.
Камера, в которой я находилась, представляла собой обычную тюрьму с решётками. Здесь было несколько железных коек без матрасов, умывальник и дырка в полу, которая служила отхожим местом. Напротив меня находилось другое помещение, предназначенное для операционной. Оно было за стеклом и железной дверью, но большое панорамное окно позволяло видеть всё, что там происходило. За те ужасные дни, что я здесь провела, я повидала много ужаса.
Создавалось впечатление, что операционную разместили специально, чтобы узники могли видеть, что их ждёт. Иногда в соседние камеры заходили люди, брали кого-то из них и тащили туда, приковывая к металлическому креслу или столу, в зависимости от процедуры. Часто с помощью капельницы вливали какую-то жидкость, из-за чего многие подопытные умирали сразу, а кто не умирал, получал страшные мутации. С некоторых слазила кожа, у кого-то появлялись новые образования, но никто из них не мог долго прожить, так как после процедуры их начинали вскрывать.
Мне было страшно здесь умирать, я молилась всем святым и уже была готова покончить с собой, чтобы не испытывать того, что испытывают эти бедолаги. Но здесь не было никаких предметов, чтобы совершить самоубийство, если только не убиться головой об раковину или не утонуть в отхожем месте.
Выстрелы прозвучали вновь, на этот раз уже ближе. Мне показалось, что разорвалась граната, и вновь наступила тишина. Может быть, эти твари проводят какие-то эксперименты?
Снова начали раздаваться выстрелы, мимо моей камеры пронеслась толпа вооружённых женщин и мужчин.
— Похоже, наши идут, — произнесла я, поворачиваясь к парню. — Слышишь, парень, не думай умирать, нас скоро вытащат.
Парень был совсем плох и, похоже, меня уже не слышал, лишь хрипло дышал.
Вновь зазвучали выстрелы, а затем раздался звук, похожий на раскат молнии, от которого в ушах даже немного зазвенело. И вновь наступила тишина. Что же там происходит?
Я увидела, как группа вооружённых людей заняла позицию в дальнем конце коридора, а через мгновение послышались тяжёлые, но размеренные шаги. И то, что я увидела, заставило меня раскрыть рот и присесть от удивления. В проходе показалась массивная фигура, закованная в чёрные доспехи...
Исполинская фигура возвышалась среди узких коридоров комплекса Гидры. Чёрная броня поглощала свет ламп, превращая его в живую тень. Каждая пластина доспеха, украшенная странными рунами, переливалась зловещим чёрным блеском, отражая искажённые силуэты разбегающихся учёных, на которых он вообще не обращал внимания.
За спиной воина покачивался огромный клинок — изогнутое лезвие из чёрного металла с кроваво-красными прожилками, словно внутри заключена душа демона. Рукоять, обмотанная кожей, которая была похожа на кожу здоровой ящерицы, венчал алый камень, пульсирующий в такт биению сердца владельца.
Шаги неизвестного отдавались гулким эхом, заставляя дрожать стены. Чёрный глухой шлем скрывал лицо, лишь горящие нечеловеческим огнём глаза мерцали из-под забрала. Солдаты, видевшие много смертей, едва не падали на колени перед этим воплощением древней мощи, ступившим в мир людей.
По нему открыли огонь, и я уже мысленно представила, как изрешетят неудачливого спасителя. Но от того, что в него попадали пули, он даже не шелохнулся. А затем он сказал всего лишь три коротких слова на непонятном языке:
— Йол Тор Шул!
И в следующую секунду по коридору пронеслось пламя, из-за чего мне пришлось даже отпрыгнуть подальше, так как я чувствовала, насколько оно жаркое.
Я подошла к решётке и заглянула за угол, чтобы увидеть, что стало с фашистами. То, что я увидела, одновременно и обрадовало меня, и напугало. Они все были обуглены до костей, и лишь одна фигура хрипло ползла к оружию. Из-за ожогов было сложно понять, кто это.
Монстр в доспехах медленно подошёл к этой фигуре. В следующее мгновение он поднял ногу, закованную в чёрный латный сапог, и опустил её на голову, словно наступил на перезрелый помидор. Легкость, с которой это было сделано, заставила меня ужаснуться.
Я нашла в себе силы, чтобы попросить:
— Помоги мне.
Фигура в доспехах остановилась и взглянула на меня. Он подошёл к моей клетке и, слегка наклонившись, заглянул в замочную скважину. Затем он внимательно осмотрел всю дверь и, схватив её руками, оторвал вместе с петлями и замком. С лёгкостью, которая вызывала одновременно уважение и страх, он вошёл в камеру.
Я невольно сжалась, только сейчас осознав, что у него могут быть далеко не благие намерения. Фигура в доспехах осмотрела меня с ног до головы, а затем бросила взгляд на моего сокамерника, который, казалось, не протянет и получаса. Проклятие, парней и так мало, они умирают фактически на руках.
— Ему уже не помочь, — произнесла я с печалью в голосе. Мне хотелось плакать, потому что я понимала, что парень вряд ли сможет выкарабкаться, даже если ему сейчас окажут помощь.
Воин в доспехах проигнорировал меня или, возможно, даже не услышал. Он подошёл к парню и склонился над ним, пристально глядя в его глаза, а затем на рану. Он поднёс к его животу свою массивную руку, закованную в чёрную перчатку из неизвестного материала. В следующую секунду с неё полился яркий свет, а вокруг зазвучали тысячи маленьких колокольчиков, слившись в один протяжный хор. То, что я увидела, заставило меня потерять дар речи.
Было видно, что от этого парню становится легче: его дыхание становилось более ровным, цвет кожи приобретал более нормальный оттенок, а кровь, которая была на повязках, стала исчезать. Через мгновение там, где была рана, появился маленький бугор, и из-под бинта выпала пуля. Теперь парень был в порядке и, похоже, просто спал. Однако у спасителя были другие планы.
Русский парень получил мощную пощёчину, из-за чего его голова мотнулась вбок. В следующее мгновение он раскрыл глаза и увидел перед собой массивную фигуру в чёрных доспехах. Вопреки ожиданиям, он не закричал, а лишь с испугом уставился на него. Буквально через несколько секунд он быстро взял себя в руки и начал осматривать себя, попутно сдирая бинты с живота, где проглядывался лишь мелкий шрам, почти не заметный.
Воин, потеряв к нему всякий интерес, направился к выходу.
— Стой, подожди, — сказала я ему, но он проигнорировал мои слова, одарив лишь мимолётным взглядом.
Подойдя к следующей камере, он также вырвал двери без зазрения совести, откинув её в стекло операционной. Зайдя в камеру, он начал исцелять всех, кто был ранен, даже если и не сильно. И так камера за камерой.
Я подбежала к убитым немецким солдатам и забрала оружие, которое более или менее сохранилось. Проверив патроны, я встала возле воина, чтобы прикрывать ему спину, хотя мне кажется, это ему даже было и не нужно. Когда я оказалась возле него с оружием, он вновь окинул меня взглядом, после чего кивнул мне и продолжил заниматься тем, чем занимался до этого — исцелять раны. Было невероятно наблюдать за этим, а главное — страх от того, какими силами он обладает.
То, что он делал, было настоящей магией, не иначе. Это было невероятно, как с такой лёгкостью заживали даже самые страшные раны. Казалось, я могла бы наблюдать за этим процессом бесконечно.
Мне было любопытно, кто скрывается под чёрным доспехом — парень или девушка? Но потом я вспомнила голос, который звучал из-под доспехов, и пришла к выводу, что это всё же мужчина. Женский голос не мог бы звучать именно так. Хотя после всего увиденного я не удивилась бы, если бы там оказался инопланетянин.
В конце коридора послышались шаги и команды на немецком. Фигура в доспехах в это время была в коридоре, и когда он снова услышал противника, между его пальцами начало плясать пламя. Я видела, как оно с каждой секундой набирало силу, и быстро зашла в одну из камер, чтобы не попасть под удар. Когда в проходе появились первые немецкие солдаты, с его руки сорвался настоящий огненный шар, как в сказках про волшебников. Он быстро пролетел по коридору и попал в девушку в форме гидры, вызвав настоящий взрыв, словно от зажигательной гранаты. В коридоре раздались крики и хрипы, которые быстро затихли.
Я, как и все пленники, уставились на нашего спасителя. В наших глазах он был словно святой, спустившийся с небес, чтобы помочь тем, кто уже и так сильно настрадался. Он выглядел так, будто нёс возмездие за те грехи и боль, которые успели причинить немецкие учёные и офицеры.
Кстати, насчёт учёных: хотя он их и не трогал, так как они не носили при себе оружие, это не значит, что пленники будут это терпеть. Многие из них, как только добрались до оружия, не стеснялись пускать его в ход против «белых халатников», от которых они успели настрадаться. На их действия фигура в доспехах лишь пожала плечами и продолжала заниматься тем, что вскрывал последние камеры.
Народу собралось не мало — чуть больше двадцати человек, у всех были разные национальности. По остаткам формы можно было легко понять, что половина из них — военные, которые уже успели обзавестись оружием. Я же не отходила от него, стараясь прикрыть спину хотя бы так, потому что начинала чувствовать свою ущербность, как и мой сокамерник, который тоже был рядом. Многие люди обнимались, из их глаз катились слёзы, они не верили, что спасение прибудет. В принципе, даже я уже перестала надеяться, но как показала жизнь, чудеса случаются, а иногда и в прямом смысле.
После того как все были спасены, фигура в доспехах осмотрела всю нашу толпу и, казалось, о чём-то задумалась. В следующее мгновение он взял свой шлем и стянул его с головы...
Все девушки в помещении ахнули, потому что на них сейчас смотрел светловолосый красавчик. У него были длинные светлые волосы, заплетённые в конский хвост, зелёные глаза были весьма выразительными и с интересом осматривали всех присутствующих. На лице была короткая, но аккуратно стриженная бородка, которая придавала ему ещё больше харизмы. Лицо было симметричным, а его нос был немного искривлён вправо, но было это едва заметно. А ещё на его лице было три шрама, словно от когтей какого-то зверя, шрамы шли от самого лба, через переносицу и заканчивались на середине щеки.
Мужчина заговорил, но то, что он сказал, никто не смог понять. Он говорил на каком-то непонятном языке, и я даже сама не могла сказать, на каком, это не было похоже ни на один из языков, которые я знала или слышала.
Он вновь погрузился в раздумья, а затем заговорил, словно пытаясь что-то у нас спросить. Его интонация выдавала напряжённость. Он начал показывать на проходы, разводя руки в стороны.
— Кажется, он хочет узнать, где выход, — раздался голос какого-то старика, непонятно как здесь оказавшегося.
Русский парень подбежал к стене и сорвал с неё лист бумаги. Как я позже поняла, это был план эвакуации. Он тут же подошёл к воину в доспехах и начал показывать ему карту. Мужчина кивнул в ответ и с интересом изучил документ. Паренёк не растерялся и активно объяснял ему, где мы находимся и как добраться до выхода. После недолгой беседы, в ходе которой мужчина в основном молчал, он лишь коротко кивнул, надевая свой шлем обратно.
В следующее мгновение воин в доспехах поднял ладони, и между ними начала появляться сфера. Как и огненный шар, она постепенно увеличивалась в размерах. Я, как и все остальные, отпрыгнула в сторону, но это было не нужно. Рядом с ним материализовалось существо, напоминающее женскую фигуру, объятую огнём, только без верхней половины головы. Оно парило над землёй буквально в нескольких сантиметрах от пола, оставляя за собой огненный след. Мужчина что-то сказал ей, и огненная девушка полетела в конец строя, чтобы прикрывать наши спины.
Все смотрели на эту фигуру, раскрыв рты. Многие, не веря в происходящее, пытались себя ущипнуть. А у нас фигура, стоя на месте, начала вытворять замысловатые кульбиты в воздухе. За этим было интересно наблюдать. Я уже, кажется, ничему в этой жизни больше не удивлюсь, я видела всё, что только возможно увидеть.
Затем мы двинулись по коридору. Массивная фигура шла впереди всех, а огненная девушка замыкала наш неровный строй. Пройдя пару поворотов, мы упёрлись в укреплённую позицию врага. Как только наш спаситель вышел из-за поворота, на него тут же полилось целое облако свинца, выпущенное из тяжёлых пулемётов. Его едва не снесло с ног, но он быстро спрятался за угол, а пулемёты всё не утихали.
Сейчас было видно, что на его доспехах появилось пара мелких вмятин, и это от тех пулемётов, которые способны прошить броню у лёгких танков. Что это за сплав такой, крупный калибр оставляет только вмятины? Мужчина что-то сказал, и судя по его интонации, похоже, он сейчас матерился.
В следующее мгновение возле его рук снова начала появляться сфера. Неужели он хочет призвать ещё одну огненную девушку? Но нет, на этот раз появилось кое-что другое. Ожившая глыба льда... Именно такое сравнение сразу приходит в голову, да и ни на что другое оно больше не похоже. Здоровенная фигура трёхметрового айсберга, от неё сейчас шёл холод, и казалось, что если стоять рядом с ним, можно замёрзнуть насмерть.
После того мужчина отдал короткую команду, и ледяной великан побежал на тяжёлые пулемёты, которые фактически не переставали строчить. Было видно, как пуля пробивает и крошит его плоть, но фигура не останавливалась, а продолжала бежать до самых их позиций. В какой-то момент у него треснула нога, и он упал возле пулемётов. Немецкие солдаты начали радостно кричать и улюлюкать, но ледяная фигура буквально через несколько мгновений взорвалась тысяч осколками льда, из-за чего позиция пулемётчиков стала похожа на решето.
После этого воин в доспехах моментально покинул своё укрытие и направился туда. Многие были ещё живы, но им оставалось недолго. Только вот их жизнь стала ещё скоротечнее, когда в руке у чёрной фигуры появился полупрозрачный кинжал, чем-то смахивающий на его меч, который был у него за спиной. Этим кинжалом он наносил короткие колющие удары либо в область сердца, либо в висок. То, что я видела, заставило меня сжаться от ужаса. Я видела, как с помощью этого кинжала он забирает их души, скорее всего, отправляя их в ад, где им и самое место.
Мы продолжили свой путь, не встречая сопротивления, но вскоре столкнулись с огромной раздвижной металлической дверью, которая была закрыта и, казалось, не собиралась открываться.
Сбоку от двери я заметила кнопку и нажала на неё, не побоявшись. К сожалению, ничего не произошло — видимо, дверь была заблокирована. Воин в доспехах на мгновение замер, а затем достал свой огромный меч из-за спины. В следующее мгновение он пронзил дверь между стыков, немного повернул клинок, и между раздвижными дверями образовался зазор.
Одной рукой он схватился за край двери, а другой начал пытаться её раскрыть. Двери скрипели, но не поддавались, и было слышно, как от натуги трещат его латы — ничего не получалось.
— Похоже, её не открыть, нужно искать другой путь, — произнесла я.
Однако мужчина, как и до этого, не стал меня слушать. Из его уст вырвались новые слова:
— Муль Ква Див.
И он внезапно преобразился: на нём появились призрачные доспехи, на голове — такие же призрачные рога, а фигура стала напоминать... Драконью.
