Kass2010

Слизеринские будни, или Жертва Психеи

Added 2025-07-23 16:27:55 +0000 UTC

Панси Паркинсон всегда мечтала произвести впечатление на Драко Малфоя, но ей казалось, что дело в красоте. Она не очень разбиралась в зельеварении, но прочитала у матери название зелья "Шелка Афродиты", чтобы найти его рецепт и сварить для себя. В личной библиотеке Снейпа она одолжила на время книгу "Алхимия красоты" и стала искать инструкцию по варке, а пока искала — забыла имя богини. Наткнувшись на название "Эликсир Психеи", решила, что это и есть он. Бедная Панси совсем не знала древнегреческую мифологию.

Согласно легенде, Психея уснула, когда открыла коробку с эликсиром красоты, которую ей нужно было отдать Афродите. Богиня не знала, что внутри вместо эликсира находится Морфей — бог сна. И, конечно, слабо разбираясь в зельеварении, Паркинсон не поняла по перечню ингредиентов, что это будет некое сонное зелье, а совсем не зелье красоты.

В заброшенной лаборатории третьего этажа Панси старательно варила зелье по найденному рецепту. Она бдительно следила за цветом — зелье должно было стать перламутрово-розовым, как утренний рассвет. Когда снадобье приобрело нужный оттенок и начало источать аромат весенних цветов, девочка торжествующе улыбнулась. Наконец-то ей удалось сварить что-то стоящее!

Не дожидаясь остывания, Панси отмерила рекомендованную в книге дозу в фиал и залпом выпила. Зелье было сладким, с легким привкусом меда и лаванды. Первые минуты она чувствовала себя прекрасно — кожа действительно засветилась изнутри. "Работает!" — радостно подумала она, поспешив к себе ждать окончательный результат.

Но едва добравшись до спальни, Панси почувствовала непреодолимую сонливость. Веки стали тяжелыми, мысли — вязкими. "Наверное, просто устала от варки зелья," — подумала она, падая на кровать. Через несколько секунд девочка уже спала мертвецким сном.

Когда Паркинсон не явилась в гостиную за час до отбоя, ее однокурсники подняли тревогу. Мало ли что могли сделать с ней гриффиндорцы? На поиски отправились Драко, Тео, Блейз, Крэбб и Гойл. Драко, как староста, мог войти в спальню второй старосты. Он открыл дверь и они нашли спящую Панси, которую было невозможно разбудить. В руке у нее была книга, с заложенным в нужном месте рецептом.

Потомственный зельевар Забини схватился за голову, увидев название "Эликсир Психеи" и сказал, что Панси проспит до завтрашнего вечера. Если история незадачливой зельеварши всплывет, то у нее будут серьезные неприятности — использование лаборатории без разрешения, самовольное изготовление зелий, да еще и с таким результатом. Это повредит факультету...

— У меня есть оборотное зелье, — тихо сказал Блейз.

Драко сразу понял, к чему он это. Юноши решили завтра по очереди изображать Панси на уроках, а саму её оставить спать. Отсутствие старосты на всех уроках бы сразу заметили, а если каждый из них пропустит по одному уроку — это не страшно.

***

Первый "номер" взял на себя Драко. Он выпил оборотное с утра зелье и превратился в точную копию Панси. За завтраком манеры и культура поведения сделали Драко в образе Панси очень на нее похожим. Он держал вилку так же изящно, как и она, осторожно промакивал губы салфеткой и даже попытался поддержать разговор Дафны о новых мантиях. Но вот дальше...

Перед кабинетом трансфигурации Драко по привычке "сделал бяку Уизли" — подставил ножку рыжему гриффиндорцу, тот споткнулся и рассыпал учебники. Потом он, как ему казалось, грозно и заносчиво посмотрел на Шеймуса Финнигана, который помогал другу собирать книги. Но в исполнении Панси этот взгляд выглядел совсем по-другому — "горячим и зазывным", как воспринял его ирландец.

В кабинете Шеймус откровенно подмигнул слизеринской красотке, затем принялся пожирать глазами ее ножки, которые юбочка покрывала только наполовину.

Драко в панике под партой попытался натянуть юбку ниже, заметив, что его ноги рассматривает парень. К такому развитию событий он никак не был готов, потому едва не пропустил вопрос Макгонагалл к Панси и стал отвечать, пытаясь говорить девичьим голосом, постоянно "давая петуха":

— Трансфигу-у-урация основана на принципе... э-э... молекулярного... — голос предательски сорвался на басовые ноты, — ...превращения!

— Мисс Паркинсон, вы себя хорошо чувствуете? — строго спросила Макгонагалл.

В этот момент Финниган снова обернулся и подмигнул слизеринке, а потом еще и послал воздушный поцелуй.

— Да-да... очень даже хорошо, — пролепетал переодетый Драко, краснея как рак.

Урок превратился в сущий кошмар. Драко никак не мог привыкнуть к длинным волосам, которые постоянно лезли в глаза, к юбке, которую нужно было аккуратно поправлять при каждом движении, к туфелькам на небольшом каблуке, в которых было непривычно ходить. Когда Макгонагалл вызвала его к доске для демонстрации заклинания, Драко едва не упал, запутавшись в подоле мантии.

Хуже всего было то, что на его неумелые попытки превратить жука в пуговицу Финниган реагировал ободряющими возгласами:

— Давай, красотка! У тебя получится!

— Мистер Финниган! — рявкнула Макгонагалл. — Прекратите немедленно!

Ситуация стала критической, когда Драко, выбежав из кабинета после окончания урока, машинально направился в мужской туалет. В спешке он даже не заметил, что за ним увязался Шеймус. Увидев смелую красотку в таком месте, ирландец не стал долго рассуждать. Едва дверь закрылась, он прижал "Панси" к стене:

— Я знал, что ты не такая недотрога, как притворяешься!

И тут же перешел к активным действиям: обмял попку, принялся гладить грудь через мантию и уже собирался поцеловать... Но тут дверь туалета буквально снесли с петель ворвавшиеся Крэбб и Гойл. Они оттащили "девушку" от обалдевшего Финнигана, а подоспевший Забини ещё и обозвал его "гриффиндорским извращенцем".

— За что?! — недоуменно крикнул Шеймус им вслед. — Сама же намекала!

***

Время действия оборотного зелья подходило к концу. В одной из темных ниш коридора Драко снова стал собой, передав женскую одежду Теодору Нотту. Тео — тихий, начитанный мальчик, полная противоположность кокетливой Панси.

Переодевание едва не обернулось для него катастрофой. Тео никак не мог понять, как надевать лифчик — сначала пытался надеть его задом наперед, потом вверх ногами, потом никак не мог справиться с застежками. Он ругался, обнаружив, что абсолютно все пуговицы у девочек с другой стороны — справа налево, а не слева направо, как он привык.

Поэтому в зельеварню Теодор прибежал слегка запыхавшийся, немного растрепанный, и не все пуговицы блузки под мантией были застегнуты правильно. Шеймус с гриффиндорской стороны класса гордо ухмыльнулся, считая себя ответственным за такой вид строптивой слизеринки.

Снейп поднял бровь, глядя на растрепанную "Панси":

— Мисс Паркинсон, объясните свой внешний вид.

— Я... бежала! Не хотела опоздать к вам, профессор! — выпалил Тео и быстро сел один на первую парту перед Снейпом.

Не рядом с Драко или девочками, что всех удивило. Но еще больше всех поразило поведение Паркинсон, которая неожиданно начала цитировать редкие трактаты по зельеварению, и отвечала на вопросы исключительно академическим языком. Но самое странное: слизеринка совершенно не обращала внимания на Драко, что само по себе было подозрительно.

— Мисс Паркинсон, — недоуменно произнес Снейп, наблюдая, как его ученица виртуозно обращается с ингредиентами, — откуда у вас такие глубокие познания в теории зельеварения? Вы сейчас цитировали Либациуса Бораго!

— Я... эм... готовил... лась! — Тео сбился, — профессор. Много читала дополнительной литературы.

Снейп прищурился. Панси Паркинсон за все годы обучения не прочитала ни одной дополнительной книги по зельям, а тут вдруг...

Хуже всего стало, когда Драко, уже в своем обличье, попытался флиртовать с "Панси", чтобы отвлечь внимание Снейпа от странностей в поведении "девушки". Выходя из класса, он попытался взять Тео под ручку, как обычно делал с настоящей Панси.

— Что ты делаешь, Малфой? — Тео в недоумении отшатнулся от него, как от прокаженного. — Не лезь ко мне!

Все в коридоре обернулись на них. Драко в растерянности забормотал:

— Но Панси, мы же вчера с тобой, — Малфой сделал Нотту страшные глаза.

— А, да! — сообразил Тео. — Но это было вчера, а сегодня... Голова у меня сегодня болит, вот!

Снейп медленно поднял бровь. Определенно что-то происходило с его змейками. И это "что-то" было крайне подозрительным.

***

Третьим "актером" стал Блейз Забини, самый элегантный и изысканный из мальчиков. Превратившись в Панси, он естественным образом принял ее внешность, но повел себя как истинный джентльмен XIX века.

Еще по пути в оранжереи стало понятно, что этот спектакль тоже будет не самым лучшим. Блейз, как обычно, галантно придержал дверь теплицы перед всеми девочками факультета, пропуская их вперед, затем изящно поклонился профессору Спраут и произнес:

— Доброе утро, уважаемая профессор! Позвольте выразить вам свое почтение!

Дафна Гринграсс и Миллисент Булстроуд переглянулись. Никогда в жизни Панси не говорила таких слов.

На гербологии "Панси-Блейз" вел себя безукоризненно. Безукоризненно для Забини: галантно помогал однокурсницам донести тяжелые горшки с мандрагорами, подставлял стульчики дамам, чтобы им было удобнее дотягиваться верхушек растений, говорил комплименты.

Девушки смотрели на "Панси" как на помешанную. Настоящая Паркинсон никогда не была настолько вежливой, учтивой и... странной. Обычно она командовала ими, капризничала, требовала внимания к своей персоне, а тут вдруг такое...

— Мисс Паркинсон, — проговорила Спраут, тоже озадаченная всем этим, — вы сегодня очень... необычны. У вас все нормально?

— Все просто замечательно, профессор, — с достоинством ответил Блейз.

***

Перед четвертым уроком был обед. В образе Панси на него пришел Грегори Гойл. Это была катастрофа с самого начала.

Уже по дороге в Большой зал стало понятно, что Гойлу тяжело дается баланс чужого тела. Совсем другие центры тяжести, другая походка, да еще и туфельки на каблучках, к которым он никак не мог приспособиться. Он шел как матрос, широко расставляя ноги, чтобы чувствовать равновесие. Сел за слизеринский стол, расставив колени. Наложил себе полную тарелку жареной картошки и свиных отбивных (а Паркинсон постоянно сидела на диете!) Говорил о квиддиче.

— Слушайте, а помните, как наш вратарь в прошлом году... — басом начал Гойл, но тут же спохватился и перешел на писклявый фальцет: — То есть... как наш милый вратарь...

Блейз в отчаянии закрыл лицо руками. Драко и Тео переглянулись. Дафна с подозрением смотрела на подругу:

— Панси, ты странно себя ведешь. И почему ты так много ешь?

— А... а я проголодалась! — пискнул Гойл. — Очень проголодался... лась!

После обеда ситуация стала еще хуже. У кабинета Амбридж поджидал Финниган с букетиком цветов, видимо, похищенных из теплиц. При виде "Панси" он галантно поклонился и попытался вручить букет, но при этом шаловливо щипнул девушку за попку. За что тут же получил быстрый и мощный удар прямо в глаз. Шеймус отлетел к стене, а подоспевший Рон Уизли, решив, защитить друга, полез с кулаками.

— Стой, Рон! — остановил его Шеймус, потирая наливающийся под глазом синяк и восхищенно глядя на "Панси". — Не знал, что слизеринки такие горячие! Вот это девушка — огонь!

В кабинете ЗоТИ Гойл в облике Панси двигался как медведь в балетной пачке. Он плюхнулся на стул рядом с Винсентом Крэббом, постоянно хлопал его по плечу.

— Слушай, Винс, дружище, — басом начинал Гойл, потом спохватился и снова перешел на фальцет: — То есть... дорогой Винсент... Передай мне уччебник.

Крэбб едва удержался, чтобы не заржать, но все же хрюкнул. Амбридж разочарованно качала головой, наблюдая за "мисс Паркинсон", которая сидела, широко расставив ноги и выглядела странно.

К концу дня все выдохлись. Хорошо, что скоро Панси должна была проснуться. Становилось ясно, что дальше продолжать невозможно. Слишком много подозрительных взглядов, слишком много нелепых ситуаций, слишком много промашек. И тут...

Профессор Снейп вызвал "Панси" к себе после ЗоТИ. К этому моменту Гойл уже принял свой облик — время действия зелья истекло. Растерянные друзья не знали, что делать: Паркинсон все еще спала, а новой порции оборотного зелья не было.

Они честно пришли к декану и признались во всем. Снейп выслушал их рассказ с каменным лицом, лишь изредка поднимая бровь.

— Значит, оборотное зелье? — уточнил он.

Драко виновато кивнул.

— Сколько человек участвовало в этом... спектакле?

— Четверо, сэр.

— Понятно. Это объясняет, почему мисс Паркинсон сегодня была такой... разной, — Снейп тяжело вздохнул и прошелся по кабинету: — За изобретательность — плюс десять баллов Слизерину. За использование условно-разрешённого зелья — минус пятьдесят. За попытку обмануть преподавателей и за то, что сразу не обратились ко мне за помощью — отработки у меня две недели.

Когда расстроенные участники уже направились к выходу, декан добавил:

— И еще плюс пятьдесят баллов за соблюдение традиций факультета. Ведь слизеринцы способны на многое ради своих.