Kass2010

Глава 37. Святилище Хаоса

Added 2025-07-17 14:36:21 +0000 UTC

Ночь в Хогвартсе была особенным временем. Когда последние отголоски шагов затихали в коридорах, а даже призраки замирали на месте, замок словно обнажал свои самые большие тайны. Именно в такие часы древние камни перешептывались об историях, о которых днём предпочитали молчать.

Гарри и Боэ сидели в своей спальне, склонившись над Картой Мародёров, показывающей запутанное переплетение коридоров и помещений замка. Большинство точек, обозначающих его обитателей, были неподвижны — все спали в своих спальнях. Все, да не все.

— Смотри, — тихо сказал Гарри, указывая на две движущиеся точки. — Синистра и Хутч снова встречаются.

Действительно, точки, обозначающие профессора астрономии и преподавателя полётов медленно двигались на встречу друг другу по пятому этажу.

Маур внимательно изучал их маршрут движения. В его сосредоточенности
чувствовалось что-то хищное, словно он был охотником, выслеживающим добычу.

— Они идут в сторону ванны старост, — смущенно заметил Гарри. — Будут принимать вместе ванну? Так поздно?

— Только один способ это выяснить, — решительно сказал Маур, поднимаясь с кресла, продолжая держать карту. — Бери мантию-невидимку и вперед!

Через несколько минут друзья уже крались в полумраке по коридору
пятого этажа, укрытые мантией-невидимкой, время от времени сверяясь с
расположением интересующих их точек, на карте.

— Они остановились, — прошептал Гарри. — Чуть в стороне от входа в Ванну старост, но теперь не движутся.

— Может, обсуждают что-то, — также тихо ответил Маур.

Они осторожно приблизились к известному им участку коридора. Ванна старост находилась за четвёртой дверью слева от статуи Бориса Бестолкового — памятника одному из самых неудачливых волшебников в истории. Но когда они добрались до нужного места, коридор был пуст.

— Никого, — пробормотал Гарри, осторожно выглядывая из-под мантии. Боэ ещё раз внимательно изучил карту.

— И их точки пропали. Прямо здесь. Видимо, тут есть что-то, что не отображается на карте.

Они скинули мантию и увидели, что стоят перед большой картиной, на которой была изображена такая сцена: несколько молодых волшебников прилюдно окунали в пруд гоблина. Под картиной была табличка: "Публичное унижение гоблина Гырга Грязного".

— О, я помню эту историю, — тихо сказал Гарри. — Это событие спровоцировало одно из самых кровавых гоблинских восстаний, которое возглавил вот этот Гырг. И зачем такую картину вешать в школе?

— Хороший вопрос. Особенно учитывая, что её нарисовали не так и давно. Она явно свежее остальных полотен в замке. Наверно, у картины есть какой-то секрет, как у того натюрморта, что открывает дверь в кухню, — Боэ подошёл ближе к картине и начал внимательно её изучать. Его пальцы скользили по раме и холсту.

— Что ты делаешь? — прошептал Гарри.

— Ищу, как открыть тайный проход.

В коридоре послышались мерные шаги.

— Быстро прячемся! — воскликнул Поттер, едва успевая накрыть их с
Мауром волшебным плащом.

И очень вовремя! Появился Дамблдор. Директор шёл медленно и остановился перед той же картиной. Затем он три раза нажал на нос гоблина, потёр капотен* одного из волшебников, изображённых на картине. Картина вместе с тяжёлой рамой бесшумно отъехала в сторону, открыв узкий тёмный проход.

— Вот оно, — почти беззвучно выдохнул Боэ.

Директор исчез в открывшемся проходе, и картина тут же встала на место. Гарри почувствовал, как у него пересохло во рту.

— Дамблдор, Синистра и Хутч — выдохнул Гарри. — Они все замешаны.

— Похоже на то, — мрачно согласился Боэ. — И, думаю, у них есть еще один сообщник. Думаю, нам не стоит дожидаться их выхода. Пойдем отсюда, расскажу тебе в спальне.

— Помнишь список пропавших учеников? — тихо спросил он Гарри.

— Да, — кивнул Поттер.

— Несчастные случаи четверых из списка связаны или с уроками полетов или с квиддичными матчами, а еще один якобы случайно упал с астрономической башни. Его нашли у её стен. Всех доставили в больничное крыло. Больше фамилии и мена этих учеников нигде не упоминались.

— Ты подозреваешь и мадам Помфри? — почти с отчаяньем проговорил Гарри, ведь медиведьма же столько раз его лечила...

— Почти уверен. Ведь именно после того, как они попадали в вотчину Поппи Помфри и больше их никто не видел.

— Их не выписывали потому, — понял Поттер с ужасом. — Потому, что они использовали их для...

— Для ритуалов, — закончил Боэ, его лицо стало мертвенно-бледным.

***

На следующий день Поттер и Маур решили все-таки побывать в больничном крыле и попытаться найти там следы пребывания исчезнувших учеников. Они подождали, когда мадам Помфри куда-то вышла, и сами зашли внутрь. Сначала они решили осмотреться, не сбрасывая мантии-невидимки. И это, как оказалось, было мудрым решением. За дверями раздались шаги и голоса. Это вернулась медиведьма, а с ней пришла и Роланда Хутч. Видимо они начали разговор еще в коридоре, а сейчас
продолжали его.

— Альбус хочет провести церемонию на Гримвейк, — сказала Хутч. — Это даёт нам ещё немного времени на подготовку.

— В этот раз нужно подготовиться особо тщательно, — ответила медиведьма. — Уже есть обещанная жертва и больше нельзя допустить случайностей. Нужно будет проконтролировать, что никто и ничто нам не помешают.

— Да, но кто мог предположить, что Грейнджер выживет после встречи с троллем? — покачала головой Хутч и поморщилась. Видимо у нее болела шея. — Всё было так тщательно спланировано.

— Вот зелье от боли. Не задерживайся. Не стоит привлекать внимания, — произнесла Мадам Помфри, выпроваживая преподавательницу полетов, и следом вышла за ней сама.

Гарри и Боэ ещё некоторое время не двигались и даже не дышали, потрясённые услышанным.

— Гримвейк, я читал что-то о таком дней в той книге про "Алый Круг", — прошептал Поттер.

— Ты понял, о ком они говорили? Грейнджер и есть та обещанная жертва
— прошипел Маур. — Они планировали принести её в жертву тогда, на Самайн. А теперь собираются это сделать еще раз.

Они ещё немного подождали, в коридоре было тихо. Рисковать сегодня еще раз пропала охота. Мальчики решили возвращаться.

— Нужно кому-то рассказать, — сказал Гарри, когда они добрались до гостиной Рейвенкло.

— Снейпу, кому еще? — без колебаний ответил Боэ. — Он единственный, кому мы можем доверять. И у него единственного достаточно храбрости и мозгов, чтобы предпринять что-то эффективное.

***

Утром они отправились в подземелья. Снейп завтракал в своём кабинете, изучая какие-то документы. Увидев их озабоченные лица, он отложил бумаги.

— Что-то опять случилось? — спросил он без предисловий.

— Профессор, — начал Гарри, — мы обнаружили кое-что.

— И это кое-что нас очень беспокоит, — добавил Боэ.

Снейп внимательно выслушал их рассказ. Чем дальше они продвигались в своих объяснениях, тем мрачнее становилось его лицо, но он молчал до тех пор, пока они не дошли до инцидента в больничном крыле.

— Мордред! — воскликнул он, хватаясь за голову. — Вы понимаете, на что вы наткнулись? И почему вы, идиоты, опять бродите по замку ночами?!

— Профессор... — начал Гарри.

— Молчать! — рявкнул Северус. — Вы безрассудные идиоты! Если то, что вы рассказываете, правда, то вы рисковали жизнями!

Он начал нервно ходить по кабинету, его чёрная мантия как обычно драматично развевалась за ним.

— Что нам делать? — спросил Гарри.

— Вам — ничего, — твёрдо сказал Снейп. — Вы уже сделали более чем достаточно. Идите к себе. Немедленно! И никуда больше не суйтесь, пока я не разберусь с этим.

— Но профессор... — прищурился Боэ.

— Никаких "но"! Марш в башню! И ни слова никому об этом, слышите?
Никому!

Когда мальчики ушли, Северус немедленно отправился через камин к Флитвику и показал ему воспоминание о разговоре с Поттером и Мауром.

— А ведь я их просил... — вздохнул Филиус.

— Потом с ними поговорим серьезно. Гримвейк, если я не ошибаюсь, это ведь Белтайн в, так скажем, альтернативных учениях?

— Да. Гримвейк отмечается тогда, когда мы празднуем Белтайн. Это праздник пробуждения темных сил.

Северус понял, что времени осталось очень мало.

— Я, кажется, знаю, куда может вести тот проход. — Заметил Флитвик. —
Где-то в Хогвартсе должен быть сокрыт ритуальный зал для... Северус, давайте поговорим откровенно. В чем вы подозреваете нашего директора и этих дам, о которых говорили мальчики?

Снейп бросил на декана Рейвенкло быстрый взгляд, и, немного помолчав, сказал: — Мы думаем, что Альбус Дамблдор совсем не тот, за кого он себя
выдает. Что он служит главе Хаоса.

Флитвик от удивления едва не подпрыгнул.

— Я думал, что только мы, гоблины, знаем о Кристалле реальностей.

— Так оно и есть. Мне о нем рассказали совсем недавно. И кроме меня и еще...

— Полагаю, что мистера Поттера и мистера Вайерда, — вставил Филиус.

— Да, из магов знаем только мы трое.

— Я не удивлен, — кивнул Флитвик, его лицо становилось всё более серьёзным. — Нам нужно быть крайне осторожными. До поры до времени никто из "тех" не должен догадаться, что мы в курсе всего.

— Но мисс Грейнджер! Мы же не оставим её им... — почти прошипел зельевар.

— Безусловно, нет. Мы что-то предпримем такое, что и её избавит от бремени предназначенной жертвы, и сами останемся в тени. Бороться с Дамблдором в открытую сейчас нам не хватит сил.

— Так что там, за картиной, — уточнил Снейп, соглашаясь со всем сказанным.

— Если мальчики все правильно рассказали, то там ритуальный зал для жертвоприношений. Давайте взглянем на него сегодня?

***

Два декана дождались ночи и вместе отправились на пятый этаж. Коридор был пуст, лунный свет создавал причудливые тени на стенах.

— Вот эта картина, — указал Снейп на большую и довольно уродливую картину, осторожно повторив действия, которые описали мальчики. Картина отъехала, открыв узкий проход.

— Lumos, — прошептал Северус, и кончик его палочки загорелся ярким светом.

Проход вёл вниз по неровным каменным ступеням. Стены были покрыты странными символами, которые ни один из профессоров не смог опознать.

— Филиус, — тихо сказал Снейп, — эти символы... они вам ничего не
напоминают? Лично мне ничего не приходит похожего на ум.

Флитвик внимательно изучил знаки на стене.

— Они, безусловно, древнее всего нам известного. Очень старая и очень
тёмная магия.

Они продолжили спуск и вскоре оказались в просторном зале. То, что они
увидели, заставило обоих профессоров застыть в ужасе.

Зал был явно приспособлен для ритуалов жертвоприношения. Высокие каменные стены были покрыты резными барельефами, где змеи переплетались с крылатыми демонами и неизвестными тварями. Пол был выложен черным обсидианом, образующим огромную пентаграмму с вписанным в неё кругом. В центре возвышался массивный алтарь из тёмного базальта, его поверхность была испещрена желобками, ведущими к чаше у основания. Было понятно, что именно должно было по ним стекать — кровь!

Вдоль стен стояли факелы в бронзовых держателях, выполненных в виде претерпевающих муки человеческих фигур. Над алтарем свисала люстра из человеческих костей, а на стенах висели гладкие черные ритуальные маски без всяких украшений и рисунков. На небольшом столе лежало несколько ритуальных кинжалов с изогнутыми лезвиями разных размеров.

— О, боги! — выдохнул Флитвик. — Здесь действительно приносят жертвы.

Воздух был пропитан ароматом благовоний и характерным металлическим
запахом, который часто описывают как "медный" или "железный". Так пахнет старая высохшая кровь.

Но даже не алтарь первым привлекал внимание в этом зале, а статуя неизвестного божества, для которого и проводились кровавые ритуалы: внушительная фигура выше человеческого роста, высеченная из чёрного обсидиана с прожилками кроваво-красного цвета. Фигура имела человеческие очертания, но пропорции были нарушены: одна рука массивнее другой, плечи на разной высоте. Лицо разделено надвое невидимой чертой - левая половина выглядит как изможденный человек с впалой щекой, правая же представляет собой лик демона с оскаленными клыками.

Из спины божества росли не крылья, а какие-то обломки различных форм, словно осколки разрушенных миров, одновременно напоминающие фрагменты зданий, искореженный металл и окаменелые ветви мёртвых деревьев. Руки божества заканчиваются когтями разной длины. В одной руке он сжимал треснувший шар, похожий на разрушенный мир, из трещин которого сочилось что-то похожее на расплавленный металл.

Глаза статуи были выполнены из тёмных рубинов, которые в свете факелов
казались горящими углями.

"Так вот ты какой, Кифраил-повелитель Хаоса", — подумал про себя Северус.

Весь зал дышал древним злом, словно проводимые здесь обряды пропитали тьмой сами камни.

Снейп подошёл к алтарю, его лицо было мертвенно-бледным, но от созерцания ложа Смерти его отвлек голос Филиуса:

— Северус, — позвал он дрожащим голосом. — Посмотрите на это.

На стене, в которой находился вход, находился знак, который они не увидели сразу. Круг кровавого цвета с перевёрнутой пентаграммой в центре, каждый луч которой заканчивался стилизованным изображением кинжала. По внутренней части круга извивались змеиные силуэты, их головы были направлены к центру, а хвосты переплетались между собой, создавая подобие тернового венца.

— Алый круг, — прошептал Флитвик. — Это знак Алого круга.

— Пора уходить, мы здесь и так задержались, — сказал Северус, подталкивая переполненного эмоциями полугоблина к выходу.

Они поспешно покинули зловещий зал и молчали всю дорогу до покоев
Флитвика.

— Что нам делать? — спросил Северус, опускаясь в кресло.

— Сейчас самое главное — безопасность учеников, — ответил Филиус.

Северус и сам понимал всю серьёзность ситуации. Жертвоприношения в Хогвартсе. Даже просто звучание этих слов было кощунственным.

— Будем действовать осторожно, — сказал Флитвик. — Если мы ошибёмся,
пострадают невинные.

— А если не будем действовать, пострадают все, — добавил Снейп.

=============

Капотен — высокая шляпа с
узкими полями, конической формы наподобие сахарной головы, обычно черного
цвета. Капотен носили мужчины и женщины с 1590-х годов и до середины XVII века
в Англии и северо-западной Европе.

PS Эта глава "за завтра", так как завтра день аудио сериала, и я буду прилично занята...