Kass2010

Глава 21. Где проходит распределение

Added 2025-07-16 19:41:16 +0000 UTC

Холодный вечерний воздух Хогсмида обдавал лица первокурсников, когда они сошли с поезда. Над озером уже поднимался туман, а вдалеке, на противоположном берегу, возвышался сам Хогвартс — величественный замок с множеством башен и светящимися окнами.

— Первокурсники, ко мне! Первокурсники, сюда! — прогремел голос Хагрида, возвышавшегося над толпой детей. В одной руке он держал фонарь, который отбрасывал причудливые тени на его бородатое лицо.

Аури, Драко, Блейз и Теодор присоединились к группе первокурсников. Драко, как всегда полный энергии, с любопытством оглядывался по сторонам.

— Лодки! — воскликнул он, увидев небольшую флотилию у причала. — Значит, мы поплывем по озеру!

— По четверо в лодку! Осторожнее, держитесь за борта! — скомандовал Хагрид.

Четверка приятелей быстро заняла одну из лодок. Аури сел рядом с Драко, напротив устроились Блейз и Теодор. Как только все разместились, лодки сами собой начали скользить по темной воде озера.

Ночь была ясной, звезды отражались в черной воде. То тут, то там на поверхности появлялись загадочные всплески — обитатели озера давали о себе знать.

— Смотрите туда! — крикнул Хагрид, указывая в сторону замка.

Первокурсники разом повернули головы и ахнули. Хогвартс предстал перед ними во всей красе — бесчисленные окна сияли теплым светом, башни уходили в звездное небо. Замок отражался в воде, создавая иллюзию, что они плывут между двумя мирами.

— Потрясающе, — тихо проговорил Аури.

— И это станет нашим домом на семь лет, — добавил Драко, но в его голосе чувствовалось больше волнения, чем обычной самоуверенности.

Лодки причалили к подземной гавани. Дети поднимались по скользким каменным ступеням, ведущим к огромным дубовым дверям замка. Хагрид трижды постучал массивным молотком.

Дверь тут же открылась, и на пороге появилась высокая, строгая ведьма в изумрудно-зеленых одеждах — профессор Макгонагалл.

— Спасибо, Хагрид. Дальше я проведу их сама, — сказала она, окидывая первокурсников цепким взглядом. — Идите за мной, и никого не потеряйте.

Они прошли через просторный вестибюль, где эхом отдавались их шаги. Мраморная лестница уходила вверх, расходясь на множество пролетов. По стенам висели портреты в богатых рамах, и некоторые изображенные на них персонажи с любопытством поглядывали на новичков.

— Новенькие идут! — крикнул толстяк в фиолетовом камзоле.

— Смотрите, какие маленькие! — откликнулась дама в чепце с перьями.

Макгонагалл провела их в небольшую комнату рядом с Главным залом. Из-за массивных дверей доносился гул голосов и звон посуды — старшекурсники уже собрались на торжественный ужин.

— Добро пожаловать в Хогвартс, — начала она, выпрямившись во весь рост. — Торжественный ужин начнется через несколько минут, но прежде вы должны быть распределены по факультетам. Всего их четыре: Гриффиндор, Хаффлпафф, Рейвенкло и Слизерин.

Она дальше стала что-то рассказывать про факультеты, но Аури её не слушал, он уже давно все это слышал от деда и отца. Он занимался тем, что наблюдал за другими первокурсниками. Некоторые выглядели взволнованными, другие — напуганными.

— Вскоре мы вернемся за вами. Советую привести себя в порядок, — закончила Макгонагалл и вышла.

Как только дверь закрылась, в комнате воцарилось оживленное шушуканье.

— А что если шляпа не отправит меня на Слизерин? — вдруг тихо спросил Драко, и в его голосе прозвучала нотка неуверенности, которой Аури никогда раньше не слышал.

— Что ты говоришь? — удивился Блейз. — Ты же Малфой! Все ваши предки учились на Слизерине.

— Да знаю я, но... — Драко пожал плечами. — Просто иногда с этой шляпой случаются неожиданности. Мама мне рассказывала, как её кузен Сириус Блэк распределился на Гриффиндор. А Блэки все всегда учились на Слизерине.

— Гриффиндор самый лучший факультет! — заявила прямо-таки начальственным тоном девочка с густыми каштановыми волосами. — Сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете.

— Маглорожденная, — вздохнул Теодор, аккуратно отступая от девочки.

— Перестань паниковать, — мягко, но решительно обратился к другу Аури, игнорируя слова незнакомой девочки. — Отец мне рассказывал, что шляпу можно и попросить. Она, конечно, принимает решения сама, но учитывает и желания учеников. А уж уговорить её ты точно сумеешь.

Драко благодарно улыбнулся другу, но волнение в его глазах не исчезло.

Рядом с девочкой сторонницей Дамблдора, стоял круглолицый мальчик плотного телосложения.

— Моя бабушка будет так разочарована, если меня не возьмут в Гриффиндор, — шептал он. — Все наши предки были гриффиндорцами...

И тут все замолчали потому, что дверь снова открылась, и в комнату вернулась профессор Макгонагалл.

— Выстраивайтесь в линию и идите за мной, — скомандовала она.

Двери Главного зала распахнулись, и они вошли в самое сердце Хогвартса. Аури невольно задрал голову, рассматривая зачарованный потолок, который сейчас отражал звездное небо с бегущими по нему облаками. Четыре длинных стола были заполнены учениками, которые с любопытством наблюдали за новичками. Тысячи свечей парили в воздухе, освещая зал мягким золотистым светом.

В глубине зала, за учительским столом, сидели преподаватели. Аури взглянул туда и встретился глазами с отцом. Северус почти незаметно кивнул ему, но выражение его лица оставалось непроницаемым.

Макгонагалл поставила перед ними потрепанную волшебную шляпу на простом табурете. Шляпа была очень старой, с заплатками и дырами, и выглядела совершенно обычной. Минерва развернула длинный пергаментный свиток с именами.

— Когда я назову ваше имя, вы подойдете, наденете шляпу и сядете на табурет, — объявила она. — Начинаем. Эббот, Ханна!

Розовощекая девочка с косичками подошла к табурету. Шляпа накрыла ее голову почти полностью, подумала несколько секунд, а затем объявила:

— ХАФФЛПАФФ!

Стол Хаффлпаффа взорвался аплодисментами. Ханна облегченно улыбнулась и направилась к своему факультету. Так началось распределение.

— Боунс, Сьюзан!

— ХАФФЛПАФФ!

— Булстроуд, Миллисента!

— СЛИЗЕРИН!

— Финч-Флетчли, Джастин!

— ХАФФЛПАФФ!

Очередь к шляпе медленно, но верно продвигалась. Аури наблюдал, как его будущие однокурсники один за другим присоединялись к назначенным им факультетам. Каждое решение шляпы встречалось аплодисментами соответствующего стола.

— Лонгботтом, Невилл!

Полноватый мальчик, волновавшийся о мнении бабушки, неуверенно направился к шляпе. Та долго молчала — почти минуту, — словно ведя с ним важный внутренний диалог, а затем провозгласила:

— ГРИФФИНДОР!

И Аури еще раз убедился в том, что отец был прав: шляпа учитывала мнение учеников: этот мальчик никак не тянул на гриффиндорца, но попал же к львам!

— Малфой, Драко!

Драко выпрямил плечи и с максимально возможным достоинством подошел к табурету. Аури видел, что руки друга слегка дрожат, хотя тот старался это скрыть.

Шляпа легла ему на голову... и молчала. И молчала. И молчала.

В зале начало нарастать напряжение. Обычно детей из старых слизеринских семей распределяли практически мгновенно. Аури видел, как отец немного нахмурился. Еще бы! Лорд Малфой будет в шоке, если сына распределят, скажем, на Гриффиндор!

Прошла целая минута. Потом еще тридцать секунд. Шепот в зале становился все громче.

А в это время между шляпой и Драко шел оживленный диалог.

— Любопытно... очень любопытно. Определенно Малфой... Амбиции присутствуют, хитрость есть, умение добиваться своего... А что это такое? Сочувствие к чужой боли? Готовность жертвовать собой ради друзей?

Драко побледнел.

— Что-то сильно повлияло на тебя, юный Малфой, — продолжила шляпа. — Ты изменился. Ты научился понимать чужую боль, ценить дружбу выше выгоды... Из тебя выйдет достойный гриффиндорец, о да!

— О, нет! Уважаемая шляпа, распределите меня на Слизерин!

— Но, — шляпа помолчала, словно обдумывая слова мальчика, — твое сердце принадлежит Слизерину. Именно там твой дом. Слизеринцы способны быть не только хитрыми, но и благородными. Пусть будет так: СЛИЗЕРИН!

Стол Слизерина разразился самыми громкими аплодисментами за весь вечер. Драко, шатаясь от облегчения и эмоций, направился к своему факультету, где его радостно встретили старшекурсники. Староста Джемма Фарли встала, чтобы указать ему на места для первокурсников.

— Нотт, Теодор!

— СЛИЗЕРИН!

— Паркинсон, Панси!

— СЛИЗЕРИН!

— Поттер, Гарри! — проговорила Макгонагалл, не глядя в список. Но никто не выходил вперед.

— Поттер, Гарри? — растерянно повторила она.

Тишина. В зале начался настороженный шепот. Минерва помолчала, потом, наконец, заглянула в свиток и прочла.

— Принц-Поттер, Аурелиус!

Теперь уже в зале воцарилась тишина. Аури сделал глубокий вдох и пошел вперед. Все головы разом повернулись к нему. И пока он делал несколько шагов по направлению к табурету, по залу, от профессорского стола по всем факультетским успели пронестись взволнованные шепотки:

— Принц-Поттер? Что за необычное сочетание фамилий?

— Мальчик — копия Северуса!

— Посмотрите на него! Он удивительно похож на профессора Снейпа!

— Неужели это тот самый Поттер?

— Но его должны были звать Гарри Поттер!

— Тише! Давайте посмотрим!

Аури чувствовал на себе сотни взглядов и был рад спрятаться под шляпой, которая полностью накрыла его глаза. Все звуки зала мгновенно стихли.

— Ну-ну, — тут же послышался в голове мягкий голос шляпы. — Что же мы тут имеем? Это действительно крайне интересно... И весьма необычно...

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался Аури мысленно.

— О, вежливый ребенок! Превосходно, — голос шляпы звучал довольно. — Итак... Аурелиус Северус Гарольд Принц-Поттер. В тебе течет кровь Поттеров, Принцев и даже Блэков. Редкое наследие.

Шляпа помолчала , словно обдумывая что-то очень важное.

— Любопытно, крайне любопытно... У тебя есть храбрость настоящего гриффиндорца, ум подходящий для Рейвенкло, преданность и дружелюбие, свойственные ученикам Хаффлпафф.

— А что насчет Слизерина? — поинтересовался Аури.

— О! — шляпа засмеялась в его голове. — Слизеринские качества присутствуют у тебя в изобилии. Амбиции — разве ты не мечтаешь стать великим магом? Хитрость — ты умеешь добиваться своего, используя ум, а не силу. Умение достигать целей любой ценой... И самое главное — потрясающий инстинкт самосохранения. Ты пережил такое, что сломило бы многих взрослых магов, мальчик.

— Куда же вы меня определите?

— А куда ты сам хочешь попасть?

— На Слизерин, — твердо сказал он. — Там уже мой друг. Там мой отец.

— Мудрый выбор! — одобрительно проговорила шляпа. — Именно там ты сможешь показать, что в душе настоящего слизеринца есть место для качеств всех факультетов.

И шляпа торжественно объявила:

— СЛИЗЕРИН!

Зазвучали неуверенные аплодисменты, но потом они становились все громче и громче. И конечно слизеринский стол апплодировал больше всех.

Аури встал, снял шляпу и передал ее профессору Макгонагалл, которая пораженно смотрела на него, и направился к столу Слизерина, откуда ему энергично махал рукой Драко.

— Томас, Дин! — продолжила Макгонагалл, явно стараясь сосредоточиться на своих обязанностях.

— ГРИФФИНДОР!

— Уизли, Рональд!

Растрепанный рыжий мальчик, в неочень аккуратной мантии, быстро направился к табурету. Шляпа закричала едва коснулась его головы:

— ГРИФФИНДОР!

— Забини, Блейз!

— СЛИЗЕРИН!

Профессор Макгонагалл убрала табурет и шляпу. Дамблдор медленно поднялся со своего места у центра учительского стола.

— Добро пожаловать в новый учебный год в Хогвартсе! — произнес он, раскинув руки в приветственном жесте. — Да начнется пир!

Директор сел, и тут же на столах появилась разнообразная еда, но разговоры за столом Слизерина вертелись отнюдь не вокруг поданных блюд.

— Принц-Поттер... — задумчиво проговорила Джемма Фарли, наливая себе тыквенный сок. — Весьма необычное сочетание фамилий.

— Ах, не ужели есть что-то такое, что знаю я, но не знаешь ты? — иронично удивился второй староста Элфинстоун Урхарт. — Это же сын декана.

Многие за столом уже давно были в курсе этого, встречая мальчика на разных праздниках в этом году. Но часть учеников слышала об этом впервые.

— Сын декана? Но тогда почему Принц-Поттер, а не Снейп? — спросил кто-то.

— Тише! — резко шикнула Джемма, строго посмотрев в сторону, откуда прозвучал вопрос. — Не наше дело копаться в семейных тайнах декана. Это невежливо и неуместно.

Слизеринцы тут же замолчали и стали внимательно изучать содержимое своих тарелок.

Вдруг из-за стола преподавателей поднялась странного вида дама в огромных очках и множестве бус, и звонко воскликнула, указывая в его Аурелиуса:

— Поразительно! Просто поразительно! У этого ребенка аура совершенно исключительная многослойная аура! Я вижу в грядущем...

Весь зал мгновенно замолчал и уставился сначала на неё, а потом на Аури, а Дамблдор мягко, но твердо попросил:

— Сивилла, дорогая, прошу вас, сядьте. Это неподходящее время для... предсказаний. Дети должны спокойно поужинать.

Но слова уже были произнесены и теперь на Аури смотрели буквально все.

— Началось, — тихо вздохнул Аурелиус, опустив голову и стараясь быть максимально незаметным.

— Ничего, — подбодрил его Драко, положив руку на плечо друга. — Мы же друзья. Справимся. Поговорят, поговорят и забудут.

— Трелони всегда такая, — сообщил кто-то из старшекурсников, пожимая плечами. — Мягко говоря, странная. Не обращай внимания.

Ужин продолжался, но атмосфера в зале была напряженной. Всеразговоря и взгляды то и дело обращались к столу Слизерина, где сидел загадочный Принц-Поттер.

Ученики Рейвенкло шепотом обсуждали возможные магические теории, объясняющие его "многослойную ауру". За столом Хаффлпаффа сочувственно поглядывали на мальчика, которому пришлось стать центром такого внимания. А гриффиндорцы строили самые невероятные теории о том, кем на самом деле может быть этот странный первокурсник.

По окончанию ужина, директор школы произнес длинную речь, которую Аурелиус почти не слушал, мечтая оказаться уже в слизеринской гостиной. Заметив это, Драко толкнул его в бок, и он услышал конец директорского спича:

— Коридор правого крыла третьего этажа закрыт для всех, кто не желает встретить мучительную смерть. А теперь споем школьный гимн!

Когда все закончилось, старосты факультетов повели первокурсников по гостиным. Многие ученики все еще пялились на Аури.

— Игнорируй их, — тихо посоветовал Драко, когда они последовали за Джеммой к выходу из зала. — Как я уже говорил, через неделю найдется что-то новое для сплетен и о тебе забудут.

***

Когда ученики стали расходиться из Большого зала, направляясь к своим гостиным, профессор Спраут решительно подошла к слизеринскому декану.

— Северус, — произнесла она тоном, не терпящим возражений, — немедленно следуй за мной. А не то ты больше ни травинки не получишь из моих теплиц.

Снейп поморщился. Угроза профессора гербологии была отнюдь не пустой — многие из ингредиентов для зелий брались им именно из оранжерей, и портить отношения с ней он не мог себе позволить.

— Помона, я...

— Ни слова! — оборвала его профессор Спраут. — Сначала пойдем ко мне.

Она повела его через несколько коридоров к своим личным покоям. Но вместо того чтобы пройти в гостиную, Помона открыла дверь в примыкающий к гостиной зимний сад — небольшое, но удивительно красивое и уютное пространство, заполненное редкими растениями, чьи ароматы наполняли воздух. Главный барсук Хогвартса указала главному змею на небольшую скамейку между двумя цветущими кустами.

— Садись, — приказала она. — И объясняй.

Северус неохотно опустился на скамью. Помона села рядом, сложив руки на коленях, и строго посмотрела на него.

— Этот мальчик — вылитый ты, только с глазами Лили, и некоторыми чертами Джеймса, — начала она без обиняков. — И Принц-Поттер. Какое интересное сочетание фамилий. И не говори мне, что у вас с Лили и Джеймсом была какая-то... триада. Да вы с Поттером скорее бы заавадили друг друга, чем вступили в брак.

Северус поперхнулся воздухом.

— Помона! Как тебе в голову пришло...

— Молчи! — перебила его профессор Спраут, подняв руку. — Я еще не закончила. Я знала Лили Эванс одну из самых талантливых учениц вашего курса. А ты... ты влюблен был в неё. Это знал весь Хогвартс.

Северус побледнел, но промолчал.

— А она полюбила Джеймса Поттера, — голос Помоны стал мягче. — У них родился сын. Их убили. Мальчик выжил, но никто его после не видел. А через десять лет появляется ребенок очень похожий на тебя, и на всех вас троих. Объясни мне это, Северус.

— Это... сложно, — наконец проговорил Снейп, потирая переносицу.

— У меня есть время, — невозмутимо ответила Помона. — И все мои самые ядовитые растения находятся в пределах досягаемости, так что советую не врать.

Северус вздохнул так глубоко, словно готовился нырнуть в Черное озеро.

— Аурелиус — мой приемный сын, — медленно произнес он. — Я усыновил его кровным ритуалом и оформил все по всем правилам магического законодательства.

— И до усыновления его звали...? — не отставала Помона.

Северус замолчал, явно борясь с самим собой.

— Северус Тобиас Снейп, — произнесла Помона голосом, от которого даже мандрагоры в соседних горшках притихли. — Говори немедленно, или клянусь Мерлином, я скормлю тебя дьявольским силкам!

— Гарри Поттер, — выдохнул Снейп, словно эти слова причиняли ему физическую боль. — Он был Гарри Поттером. Но теперь он мой сын. Полностью, окончательно, магически и юридически. Аурелиус Северус Гарольд Принц-Поттер.

Помона молчала так долго, что Северус начал нервничать. Наконец она покачала головой:

— И как же это произошло? Как он к тебе попал? Дамблдор же все эти годы опекал мальчика...

— Дамблдор, — в голосе Северуса прозвучали нотки презрения, — оставил ребенка на произвол судьбы у родственников-маглов, которые обращались с ним хуже, чем с домашним эльфом. Хуже, чем с животным.

Помона резко выпрямилась:

— Что ты имеешь в виду?

— Сестра Лили и ее семья, — коротко бросил Северус. — Маглы. Они... они поселили его в чулане под лестницей. Кормили объедками. Заставляли работать как слугу. Избивали за проявления магии.

— Мерлин милостивый, — прошептала Помона, прижав руку к сердцу.

— Не буду описывать в каком состоянии он был... — Северус замолчал, сжав кулаки. — Но, представь, он даже не знал, что он волшебник. Ничего не знал о родителях.

Помона схватила его за руку: — И ты его спас. Забрал его?

— Да, — твердо ответил Северус. — У него новое имя, новая семья, новая жизнь. Нормальная жизнь. Он мой сын. И я буду защищать его от всех, включая директора.

Помона долго молчала, глядя сквозь стекло в лунное небо. Наконец она тихо спросила:

— А сам мальчик? Он всё знает?

— Знает, — кивнул Северус. — Я рассказал ему правду. Он знает и о Лили, и о Джеймсе. Я стал его отцом только после того, как он сам согласился на это.

Помона крепко сжала его руку: — Хорошо. Ты поступил правильно, Северус. Но знаешь... Дамблдор не оставит вас в покое.

— Пусть попробует что-то предпринять, — мрачно ухмыльнулся Северус. — Аурелиус под защитой рода и древних магических законов, против которых Дамблдор бессилен.