Kass2010

Глава — 22 —

Added 2025-07-13 19:09:26 +0000 UTC

Гарри, Гермиона и Виктор осторожно разглядывали диадему в шкатулке, ощущая исходящую от неё тёмную магию. Крестраж излучал зловещую ауру, заставляя кожу покрываться мурашками.

— Она такая... потускневшая, — тихо заметила девушка, едва сдерживая дрожь в голосе. — Совсем не похожа на величественное украшение самой Ровены Рейвенкло.

— Время разрушает всё прекрасное, — произнёс Виктор, внимательно изучая диадему, но не решаясь к ней прикоснуться. — И это сейчас не просто реликвия — это вместилище части души безумного мага.

Гарри аккуратно закрыл крышку шкатулки. Сразу же стало легче дышать, словно исчез невидимый груз, давивший на плечи.

— Мы не можем её уничтожить прямо здесь, — сказал он, поднимаясь на ноги. — Возьмём с собой в Лондон и там будем думать, что делать.

— Гарри прав, — согласилась Гермиона, вставая и отряхивая травинки с одежды. — И я... я не хочу её уничтожать. Это же наследие одной из основательниц Хогвартса! Может быть, существует способ очистить её от тёмной магии, не разрушая саму диадему?

Виктор покачал головой, и в его тёмных глазах мелькнуло сочувствие к подруге:

— Гермиона, крестраж — это не просто сосуд для филактерии. Часть души Воландеморта сейчас составляет одно целое с этой вещью. Чтобы сохранить диадему, нужно знать, как разделить их, а такие знания...

— Слишком опасны, — закончил за него Гарри.

— Гермиона замолчала, глядя на шкатулку с болью в глазах. — Так жаль.

Поттер мягко положил руку ей на плечо:

— Иногда приходится жертвовать прошлым ради будущего.

Они молча собрали вещи и направились обратно к машине. Каждый был погружён в свои мысли. По дороге к паромной переправе они больше молчали, чем разговаривали, но когда поднялись на борт судна, и ирландские берега стали медленно удаляться, Гарри вдруг осенила идея:

— Послушайте! Крестраж в дневнике был уничтожен не просто мечом Годрика Гриффиндора. Меч тогда уже был пропитан ядом василиска! Помнишь, Герми, события в Тайной комнате?

— Конечно! — воскликнула Гермиона, и её глаза загорелись надеждой. — Яд василиска способен уничтожать крестражи! Нужно его достать, и тогда...

— Яд василиска нигде не купишь, — покачал головой Крам, хмурясь.

— Нам не нужно его покупать. Он есть в Хогвартсе, и я его достану, — решительно заявил Гарри, и в его голосе зазвучали стальные нотки.

— Это слишком опасно, — возразил Виктор. — Замок под контролем Пожирателей Смерти. Там наверняка усиленная охрана.

— Я не собираюсь бродить по замку. Нам нужен василиск — он всё ещё должен быть в Тайной комнате. Я легко туда попаду под мантией-невидимкой, — настаивал Гарри.

Крам повернулся к Поттеру и посмотрел на него с укором и беспокойством:

— Ты серьёзно собираешься туда один?

— А что остаётся? Без яда нам не обойтись, — Гарри пожал плечами, но его уверенность была наигранной.

— Тогда я иду с тобой, — твёрдо заявил Крам, и в его голосе прозвучала непререкаемая решимость.

— Виктор, нет!

— Не спорь, Гарри. В замке может быть полно Пожирателей. Тебе нужна поддержка.

Гермиона тяжело вздохнула.

— Мне не нравится сама идея о том, чтобы кто-то из нас сейчас оказался в Хогвартсе, но выхода, пожалуй, нет. Я же займусь поисками информации по второй отметке на карте.

Три дня спустя в Блэк-хаусе Гермиона, окружённая горами книг, старинных карт и свитков пергамента, изучала отмеченный район. Стопки фолиантов росли вокруг неё, словно книжные башни.

— Что-то нашла? — спросил Гарри, заглядывая через её плечо.

— Замок Скарборо был построен в XII веке, — проговорила Гермиона, не отрывая усталых глаз от старинной книги. — Он стоит на высокой скале над Северным морем. В его окрестностях множество пещер и подземных ходов. Если Регулус прятал там чашу, то место выбрано очень удачно.

— Слишком удачно, — мрачно заметил Виктор. — И, уже зная, на что способен этот маг, можно ждать разные ловушки и сложную защиту.

— Опять руины... — сказал Гарри, беря в руки план замка и разглядывая его.

Вечером, после ужина, друзья собрались в гостиной у камина. Пламя отбрасывало танцующие тени на стены, создавая атмосферу тревожного ожидания.

— Завтра мы с Виктором отправимся в Хогвартс, — сказал Гарри.

— Не геройствуйте без необходимости. Добыли яд — и сразу назад, — попросила Гермиона, и в её голосе слышалось беспокойство.

Виктор кивнул:

— Зачем задерживаться? Чем быстрее покинем замок, тем лучше.

Гарри смотрел в огонь, думая о том, что очень хотел бы задать несколько вопросов портрету Дамблдора. Только вот портреты всех директоров висели в кабинете директора. Директором назначили Снейпа — вот его точно следовало опасаться.

— А что мы будем делать потом, когда уничтожим все крестражи? — спросила Гермиона, прерывая тишину.

— Потом, — Виктор серьёзно посмотрел на друзей, — останется только сам Тёмный Лорд.

Гарри замялся. Он ещё не рассказывал друзьям о своих подозрениях насчёт змеи Воландеморта. Не просто же он смотрел её глазами в одном из своих снов. Но как объяснить эту связь, не выдав самого страшного секрета?

— Разберёмся с тем, что делать, когда придёт время, — уклончиво ответил он, отводя взгляд.

***

Между тем в "Норе" жизнь шла своим чередом. Рон сидел за кухонным столом, рассеянно помешивая чай и размышляя о своей жизни. После последнего собрания Ордена он чувствовал себя... лишним. Гарри больше не нуждался в его поддержке, Гермиона выбрала Крама, а он остался здесь, у материнской юбки.

— Рон, дорогой, ты ничего не ешь, — заботливо сказала Молли, ставя перед ним тарелку с ещё тёплым пирогом. Запах корицы и яблок напомнил ему о детстве, когда всё было проще.

— Мам, я нормально ем, — буркнул Рон, но послушно взял кусок пирога.

— А может, сходишь на Диагон аллею? — осторожно предложила Молли, которая надеялась, что сын отказался от идеи бросить учёбу в Хогвартсе, чтобы геройствовать с Поттером и Грейнджер. Хоть она и была членом Ордена, но как мать считала, что дети должны держаться подальше от противостояния Воландеморту. — Купишь новые учебники для седьмого курса. Всё-таки учёба важнее всех этих... опасных затей.

Рон поднял голову. Мысль о возвращении в Хогвартс, о том, чтобы стать обычным учеником, казалась ему странной после всех планов. Но с другой стороны, а чем ещё заниматься? Альтернативы особой не было. Если до конца лета ему не удастся снова сблизиться с Гарри, придётся ехать в школу. В конце концов, Уизли — чистокровная семья. Не станут Пожиратели убивать детей из чистокровных семей... или станут?

— Хорошо, — согласился он. — Схожу завтра.

На следующий день Рон действительно отправился на Диагон-аллею. Улица выглядела непривычно зловеще: закрытых магазинов было больше, чем открытых. Прохожие спешили по своим делам, опустив головы и плотно запахнув мантии, а в воздухе витала напряжённость, от которой хотелось поскорее скрыться.

У "Олливандера" висел знак "Закрыто". Близнецы, чей магазин ещё работал, говорили, что посетителей стало мало. После падения Министерства волшебники опасались бывать в публичных местах, попрятавшись под защитными чарами своих домов.

Рон направился в лавку подержанных вещей, чтобы купить себе сданный туда предыдущими учениками комплект учебников. Они стоили там максимум пять сиклей, тогда как новые во "Флориш и Блоттс" — минимум три галеона.

— Рон? Рон Уизли?

Он обернулся и увидел Лаванду Браун. Девушка выглядела повзрослевшей и ещё больше похорошевшей. Светлые волосы красиво обрамляли лицо, а голубые глаза светились искренней радостью при виде него.

— Лаванда! — удивился Рон. — Привет. Не ожидал тебя здесь встретить.

— Покупаю всё для школы, — объяснила она, подходя ближе. — А ты что здесь делаешь один? Где твой знаменитый друг и возлюбленная Гермиона?

Рон почувствовал острое раздражение при упоминании Гермионы, теперь невесты Крама, и укол досады при имени Гарри, который совсем от него отдалился. Но он постарался не показать этого:

— У них свои дела. А я вот тоже... учебники покупаю.

— Может, вместе пойдём? — улыбнулась Лаванда, и эта улыбка согрела что-то в груди Рона.

"Почему нет? — подумал Рон, вспоминая их бесконечные поцелуи не так уж давно. — В конце концов, у меня нет девушки, а Лаванда очень даже ничего".

— Знаешь, — сказала Лаванда, когда они сидели у Фортескью и ели мороженое, наблюдая за редкими прохожими, — я рада, что мы встретились. Когда так страшно кругом, хочется хоть немного нормального человеческого общения.

— Я понимаю, — кивнул Рон. — Гермиона и Гарри, скорее всего, не вернутся в школу. Сама понимаешь почему.

— Да, но ты обязательно должен поехать в Хогвартс в этом году! — заявила Лаванда, игриво отбросив локон за спину. — Образование важно, как говорит папа.

Рон кивнул. Возвращение в школу уже не казалось неправильным. Гермиона выбрала Крама. И Гарри прямо сказал ему остаться в "Норе", взяв с собой эту парочку. Они сделали свой выбор — почему бы и ему не сделать свой?

— Я вернусь в Хогвартс, — медленно проговорил он, и в его голосе прозвучало облегчение.

— Отлично! — обрадовалась Лаванда, хлопнув в ладоши. — Тогда поедем вместе первого сентября! Я всё вспоминаю, как мы в прошлом году...

Рон покраснел. Для него их отношения с Лавандой были больше физическим влечением, чем глубокими чувствами, но сейчас ему и не нужны были сложные отношения.

— Я тоже помню, — тихо ответил он.

Лаванда придвинулась ближе и взяла его за руку:

— Я скучала по тебе, мой Бон-Бон!

Прикосновения Лаванды и её слова спровоцировали у Рона знакомое волнение в крови. Может быть, геройство и такие сложные девушки, как Гермиона, действительно не для него? Может быть, его призвание — обычная жизнь и отношения с простой девушкой, которая действительно им интересовалась и не требовала от него невозможного?

— Я тоже скучал, — проговорил он, сжимая руку Лаванды и чувствуя, как что-то в его груди оттаивает.

***

В то же время Джинни Уизли строила собственные планы. Она сидела в своей комнате, перебирая письма от школьных подруг и обдумывая стратегию возвращения Гарри. На столе горела свеча, отбрасывая золотистые блики на её рыжие волосы.

"Он не может вечно избегать меня, — думала она, разглядывая своё отражение в зеркале. — Мы должны быть счастливы вместе. Эта его холодность — просто попытка защитить меня от опасности. Но я не маленькая девочка, которую нужно оберегать!"

Джинни точно знала, что Гарри испытывает к ней чувства. Он определённо смотрел на неё на свадьбе особенным взглядом. Нужно было просто найти правильный подход и подходящий момент.

Она составила план: во-первых, нужно было показать Гарри, что она выросла и стала самостоятельной. Во-вторых, дать понять, что готова разделить с ним любые опасности.

"Я буду поддерживать его во всём, — решила Джинни, сжимая кулачки. — Покажу, что я не балласт, а союзник. И тогда он поймёт, что мы созданы друг для друга."

Она достала пергамент и начала писать письмо. Не Гарри — он вряд ли ответит. Но Гермионе, которая наверняка сможет передать её слова.

"Дорогая Гермиона, — писала Джинни аккуратным почерком, — надеюсь, у вас всё хорошо, и ваши поиски увенчаются успехом. Здесь, в "Норе", жизнь течёт обычным чередом, но мы все беспокоимся о вас. Особенно я беспокоюсь о Гарри. Передай ему, что я думаю о нём и готова помочь, чем только смогу. Если ему понадобится поддержка или просто кто-то, кто выслушает — я всегда рядом. Мы были друзьями и, я надеюсь, стали чем-то большим, и это мне дороже всего на свете..."

***

Тем временем в Малфой-мэноре Люциус старался как можно больше загрузить себя делами, иначе он то и дело оказывался в музыкальном будуаре, где случился тот памятный поцелуй. Он постоянно воспроизводил в памяти те моменты... изумрудные глаза, полные удивления, тепло губ, запах волос... Это было настоящим наваждением, но Малфой не мог остановиться.

— Так и знал, что найду тебя здесь, — заметил Северус, появляясь в дверях словно тень.

— Просто... просто здесь нет никого и тихо, — соврал Люциус, не оборачиваясь, но его напряжённая поза выдавала волнение.

— Лжёшь, — спокойно констатировал Снейп. — Ты одержим этим... инцидентом.

Малфой наконец повернулся, и Северус увидел, что у приятеля действительно лихорадочный вид: на щеках горел румянец, дыхание было учащённым, на лбу виднелись бисеринки пота.

— Я не могу перестать о нём думать, Северус. Это как... как проклятье, — признался Люциус, и в его голосе прозвучала настоящая мука.

— Скорее сильное влечение, — едко заметил Снейп.

— К Поттеру? — Люциус засмеялся, но смех прозвучал натянуто и почти истерично. — Это же абсурд!

— Абсурд или нет, но факт остаётся фактом. Ты теряешь рассудок из-за одного поцелуя с мальчишкой, который этого не стоит.

Люциус опустился в кресло, пропустив пальцы сквозь волосы и растрепав их:

— Не знаю, что со мной происходит, Северус. Я решил, что должен его найти. Иначе никак от этого не избавиться.

— Люциус, это безумие! — резко оборвал его Снейп, и в его чёрных глазах вспыхнула тревога. — Во-первых, Поттер — мишень для Лорда. Если он узнает о твоих фокусах, последствия будут катастрофическими. Во-вторых, я уверен, что Поттер убеждённый натурал. Он рос среди маглов, где связи с мужчинами не приветствуются. Да, он сох по Чанг года два, а потом, кажется, начал встречаться с младшей Уизли. А тут ты, которого он считает своим врагом, со своим наваждением. Да он тебя заавадит, даже не дав подойти!

Но Люциус был далеко не уверен в услышанном. Он-то помнил, как мальчик реагировал на их поцелуй. Решено. Он найдёт Гарри Поттера, чего бы это ни стоило. Он даже не расслышал слов Снейпа, что тот заходил его предупредить, что отправляется в школу...

***

Северус Снейп, как новый директор Хогвартса, должен был прибыть в замок заранее, чтобы подготовиться к учебному году. Он шёл по тёмным коридорам мэнора, мысленно прокручивая список дел. Нужно было проверить защитные чары замка, встретиться со старыми профессорами и обсудить с ними новые... методы обучения. Рассказать о новых преподавателях. От этих мыслей Северусу становилось дурно, но выбора не было.

Снейп как раз собрал свои вещи и направлялся к камину, когда почувствовал лёгкую вибрацию в кармане. Он достал специальный медальон — артефакт, связанный с защитными чарами Хогвартса. Медальон тревожно пульсировал красным светом.

"Кто-то проник в замок", — подумал Снейп с удивлением. В это время года там не должно было быть никого, кроме домовых эльфов и... призраков.

Он активировал артефакт, концентрируясь на идентификации. Через мгновение в его сознании всплыли два имени, от которых кровь застыла в жилах:

Гарри Поттер.
Виктор Крам.

— Что за... — Северус едва не выронил медальон. — Что им может понадобиться в Хогвартсе?

Защитные чары замка срабатывали на магические отпечатки ауры, хранившиеся в его памяти. Поттер был учеником Хогвартса, а Крам участвовал в Турнире Трёх Волшебников.

— Интересно, — прошептал Северус, сжимая медальон в ладони. — Очень интересно.

Он быстро направился к камину. Теперь его визит в Хогвартс обретал совершенно иной смысл. Нужно было выяснить, что задумал Поттер, и главное — не дать ему вляпаться во что-то.

Зелёное пламя охватило его фигуру, и последней мыслью перед исчезновением было удивление: "Поттер, беспокойный мальчишка... Что же тебе понадобилось в замке?"