Kass2010

Глава 39. Зеркало Еиналеж

Added 2025-02-04 12:36:16 +0000 UTC

После инцидента Рон Уизли ходил по Хогвартсу с настороженным видом, словно ожидал, что из-за угла внезапно выскочат Эдриан Пьюси и Люциан Боул, но не с очередной порцией восхищения, а с самыми тёмными и мучительными проклятьями. Он старался держаться ближе к гриффиндорцам и избегал контактов со слизеринцами любых курсов, особенно с теми двумя. В моменты их случайных встреч Рон бледнел так, что не слишком заметные веснушки на его лице выделялись как рассыпанный по нему мелко колотый горох, а сам он начинал заикаться, что неизменно вызывало у Эдриана и Люциана довольные ухмылки.

Сами Эдриан и Люциан в слизеринской гостиной стали объектом язвительных шуток от своих сокурсников, которые не упускали возможности напомнить им о "внезапной привязанности к Уизли и восхищении им". Время от времени Пьюси и Боул бросали подозрительные взгляды в сторону кого-то из слизеринцев, догадываясь, что кто-то из своих приложил руку к их позору. Однако они не осмеливались предъявить обвинения никому — доказательств не было, только одни подозрения.

***

Вэй Ин и Лань Чжань, наконец, приступили к выполнению задуманного и начать следить за профессором Квиррелом. Днём Квиррел вёл себя так, как от него ожидали, с привычными странностями, к которым все в Хогвартсе уже привыкли. Он заикался, бормотал себе что-то под нос, путался в своих собственных лекциях и постоянно держался за тюрбан, как будто боялся, что он упадёт. Стало очевидно, что следить нужно ночью.

— Сегодня, — решительно сказал Вэй Ин, когда они сидели в своей комнате. — Мы должны узнать, что он делает после отбоя.

— Согласен, — коротко ответил Лань Чжань, аккуратно складывая свою ленту для волос. — Без мантии.

Вэй Ин кивнул, его чжицзи прав. Мантия-невидимка, несмотря на всю её полезность и проверку Снейпа, могла иметь скрытые чары, которые позволяли бы Дамблдору отслеживать её перемещения.

— Хорошо, хорошо, сделаем по-твоему, Лань Эр-Гэ, — улыбнулся Вэй Ин, доставая бумагу и киноварь. Готовых талисманов отвода глаз у него не было.

И вот, дождавшись полуночи, заклинатели затаились в тени недалеко от покоев Квиррела, притаившись так, что их было невозможно заметить. Вэй Ин на всякий случай наложил добавил в талисман заклинание беззвучного шага, чтобы никто их не только не видел, но и не слышал.

Когда дверь тихо скрипнула, и Квиррел появился в тёмном коридоре, заклинатели насторожились. Он был облачен в длинную чёрную накидку с капюшоном, который скрывал его лицо. Движения профессора были быстрыми, но в то же время осторожными. Он шёл по коридору так, что факелы на стенах даже не зажигались. Выглядело это так, словно сама тьма сопровождала его, укрывая от чужих глаз, хотя, на самом деле, это были какие-то чары.

— Сегодня точно что-то произойдет, — прошептал Вэй Ин, глядя на фигуру профессора, скрывающуюся в темноте. — Не думаю, что он просто решил прогуляться по замку.

Лань Чжань молча кивнул, не отвечая. Заклинатели последовали за Квиррелом, стараясь держаться на расстоянии, но при этом не теряя его из виду. Но всё шло не так гладко, как им хотелось. За одним из поворотов их путь неожиданно преградила миссис Норрис. Кошка Филча замерла на мгновение, её светящиеся глаза пристально смотрели прямо на них, словно на нее чары талисмана не действовали. Вэй Ин вздрогнул, отступая назад.

— Вот же отродье демона! — прошипел он, стараясь не шуметь. — Вот откуда она взялась?!

Миссис Норрис издала угрожающее мяуканье и начала двигаться в их сторону. Вэй Ин и Лань Чжань продолжали осторожно отступать, надеясь, что кошка не поднимет тревогу. Квиррела они уже потеряли из виду. Коридор был пуст.

— Поимей тебя яогуай, — пожелал кошке Вэй Ин, сжимая кулаки. — Мы его упустили. Не хватало, что бы нас тут застукал Филч.

— Спокойно, — мягко произнёс Лань Чжань, указывая на открытую дверь в одном из классов. — Туда.

Они быстро проскользнули внутрь, чтобы скрыться от настойчивой миссис Норрис. Комната оказалась заброшенной. У стен громоздились старые парты, покрытые пылью, а посреди комнаты лежала перевёрнутая корзина для бумаг. Воздух пахнул затхлостью.

Внимание заклинателей сразу привлек другой предмет, совершенно чуждый этому месту. В дальнем углу стояло огромное зеркало. Оно было высотой до потолка, в золотой раме, украшенной причудливым орнаментом. Рама выглядела так, словно её создал искусный мастер, который вложил в неё не только своё мастерство, но и магию. Зеркало стояло на массивных подставках, похожих на когти, впившиеся в пол. На верхней части рамы красовалась загадочная надпись: «Еиналежеечяр огеома сеш авон оциле шавеню авыза копя».

— Это... что-то явно магическое, — сказал Вэй Ин, подходя ближе. — Зачем его сюда поставили? Чтобы спрятать? Для этого выбрали странное место.

Мяуканье миссис Норрис давно уже стихло, и заклинатели почувствовали, что опасность миновала. Но одновременно с этим их обоих охватило странное чувство. Зеркало будто притягивало их, манило к себе. Вэй Ин, как всегда, не смог удержаться от искушения и приблизился первым.

— Что это... — пробормотал он, глядя на зеркало. Его отражение казалось обычным, но в глубине зеркального полотна начало что-то проявляться.

И тут он резко вскрикнул, отшатнулся, а потом медленно повернулся обратно. Его сердце колотилось так яростно, что он почти мог слышать его биение. В зеркале, за его плечами, стояли две фигуры. Легкая дымка скрывала их лица, но Вэй Ин сразу понял, кто это. Его родители. Вэй Чанцзэ и Цаньсэ Саньжэнь.

Отец, Вэй Чанцзэ, выглядел устало, но приветливо. Его одежда была простой, совсем не новой, но чистой и аккуратной. На поясе висел меч. Весь его вид говорил о стойкости и решимости, невзирая на непростую жизнь. Мать, Цаньсэ Саньжэнь, смотрела на Вэй Ина с нежностью и заботой. Одета она тоже была скромно. Ее волосы были собраны в аккуратный узел, а на лице читалось сочетание семейного счастья и того, как непросто жить, странствуя по миру.

«Её глаза похожи на мои», — подумал Вэй Ин, придвигаясь поближе к зеркалу, чтобы получше рассмотреть женщину. Глаза у неё были серыми, как у него, и разрез у них был такой же. Но тут Вэй Ин заметил, что матушка плачет и одновременно улыбается, а отец обнял её, словно подбадривая.

Вэй Ин стоял так близко к зеркалу, что почти касался носом своего отражения.

— Мама? Папа?

Мужчина и женщина молча смотрели на него и улыбались Вэй Ину.

— Что там? — взволнованно проговорил Лань Чжань, глядя на странное поведение своего чжидзи.

— Посмотри! — предложил Вэй Ин, отступая от зеркала.

Лань Чжань постоял мгновение, словно колеблясь, стоит ли ему смотреть в это странное зеркало, а затем, все же, подошел и посмотрел в зеркальное полотно. Его строгие черты лица на мгновение смягчились, а глаза слегка расширились от удивления, когда он увидел в отражении себя, но не одного.

По правую руку от него стоял его старший брат, Лань Сичэнь, с мягкой, тёплой улыбкой на лице — той самой, которую Лань Чжань помнил с детства, когда брат просто был рядом ободряя в трудные моменты. Лань Сичэнь выглядел таким же, каким он был в Облачных глубинах до войны: в одеждах клана, с лентой на лбу. За его спиной виднелись Облачные глубины — их родной дом, залитый солнечным светом, который пробивался сквозь густую зелень и облака, скрывавшие горные вершины.

Лань Чжань задержал дыхание, его пальцы слегка дрогнули, будто он хотел прикоснуться к отражению. Он не мог отвести взгляд от старшего брата, который смотрел на него с такой теплотой, словно готов был вновь взять его за руку и повести по тропинкам Облачных глубин. Всё в этом отражении казалось таким реальным, что Лань Чжань почти почувствовал свежий горный ветер, напоённый ароматом цветов их родных земель.

— Сюнчжан, — прошептал он чуть слышно, почти не осознавая, что произнёс это слово вслух. Его взгляд был сосредоточен на отражении, в котором Лань Сичэнь, казалось, пытался что-то сказать. Но звуки из зеркала не доносились — только тёплая, молчаливая поддержка.

А потом Лань Хуань махнул рукой кому-то за рамой и оттуда вышел... Вэй Ин, в его настоящем облике, таким, каким он был до того, как с ним случилось всё страшное. Лань Чжань скучал по такому чжидзи, как и по собственному телу...

Вэй Ин, который наблюдал за Лань Чжанем, стоя чуть позади, почувствовал, как его сердце сжалось. Он видел, как он жадно смотрит на это зеркало, а глазах знакомая тоска. Он понимал, что Лань Чжань видит там кого-то дорогого, кого-то, кого ему невыносимо не хватает. Вэй Ин осторожно положил руку на плечо Лань Чжаня, давая понять, что он рядом.

— Видишь своего брата, да? И... Облачные глубины? — тихо произнес темный заклинатель.

Лань Чжань кивнул, не отрывая взгляда от зеркала.

— И тебя там с нами, — еле слышно ответил гусуланец.

Он не мог найти слов, чтобы описать то, что чувствовал. Это было одновременно радостью и болью, ощущением утраты и надежды. Он понимал, что это всего лишь какое-то колдовство, иллюзия, но всё равно он не мог заставить себя отойти.

— Это зеркало... показывает то, чего мы больше всего хотим, — констатировал Вэй Ин, указывая на надпись. — Оно показывает наши мечты, наши самые глубокие желания. Но это всего лишь картинка. Это не настоящее.

Лань Чжань наконец оторвал взгляд от зеркала и посмотрел на Вэй Ина. Его глаза были полны чувств, которые он, как всегда, не мог выразить словами. Но Вэй Ин понял его и слегка улыбнулся.

— Я тоже видел своих родителей, — тихо признался он, его голос был мягким, но в нём звучала горечь. — Они смотрели на меня так, как будто гордились. А моя мама... она плакала, но улыбалась. Это было так странно, так... больно. Но я понял, Лань Чжань, что мы не можем застрять здесь и любоваться этим. Мы есть друг у друга, и мы настоящие.

Лань Чжань кивнул, его взгляд стал более твёрдым, и он еще раз посмотрел на зеркало. Вздохнул и отошел.

— Ты прав, — наконец тихо произнёс Лань Чжань. — Это не настоящее. Но настоящее — это мы.

— Мы упустили Квиррела, но нашли этот опасный артефакт. Мы с тобой, все же, уже взрослые, а что было бы, найди это зеркало дети? — смогли бы они отказаться смотреть в него? Сирота, как я, увидит в нем своих родителей, нелюбимый станет обожаемым, скромный — популярный, бедный — богатым.

— Ловушка? — задумчиво спросил Лань Чжань.

— Возможно. Оно может заставить забыть о реальности, навсегда застряв в своих мечтах. Давай накроем его и скроем от всех.

Рядом "случайно" лежало большое покрывало, а Вэй Ин очень удачно нарисовал запасные талисманы отвода глаз.

— Расскажем Снейпу, — предложил Вэй Ин, когда дело было сделано.

— Расскажем. Завтра. Сейчас — спать.

***

Утром заклинатели рассказали Снейпу о своей находке. Он неодобрительно отозвался об их ночных прогулках, но пообещал позаботиться о зеркале. Они вместе отправились в заброшенный класс после ужина и, к всеобщему удивлению, обнаружили, что покрывала на зеркале нет, а перед артефактом на полу сидит Рон Уизли.

Рон смотрел в зеркало и разговаривал сам с собой, восхваляя себя. В его глазах отражалось восхищение, и он говорил:

— Я другой... повзрослевший... И я — первый ученик школы! У меня на груди значок — такой же, какой был у Билла, когда он стал лучшим учеником Хогвартса! И у меня в руках Кубок победителя соревнования между факультетами, а еще Кубок школы по квиддичу. Я — капитан сборной!

Затем он с гордостью еще какое-то время смотрел на свое отражение, а потом и произнес:

— Какой я крутой! Какое у меня блестящее будущее! И зачем мне этот Поттер? Я сам со всем справлюсь!

— Мистер Уизли, отойдите от зеркала! — рявкнул Северус, хватая его за плечо и пытаясь заставить встать.

— Да не трогай ты меня! — вскликнул Рон, не поворачивая головы и не обращая внимания на то, кто это пришел.

— Здесь кто-то был после нас, но до Уизли, — проговорил Вэй Ин. — Кто-то, кто точно знал, где стоит зеркало. Он сорвал покрывало, не видя его, просто нащупав рукой. Талисман не мог подвести.

Внезапный звук, донесшийся из коридора, заставил его замолчать. Вэй Ин, мгновенно сориентировавшись, налепил на грудь Снейпу и Лань Чжаню по «свежему» талисману, и они отступили к стене.

— Мой мальчик, что ты здесь делаешь один? — произнес Дамблдор, "вплывая" в класс, в его голосе слышалось недовольство.

— Я буду лучшим учеником Хогвартса, старостой и капитаном сборной! — с увлечением заявил Рон, явно не замечая даже директора.

— Сколько же он тут сидит и почему без Поттера? — буркнул Дамблдор, запускал в мальчика какое-то заклинание.

— О, сэр! Я... Я не видел вас, — пробормотал Рон, наконец, повернувшись к нему.

— Не приходи сюда один, приведи к зеркалу Гарри Поттера, — в этот раз голос мага звучал, как внушение. Скорее всего, это имелось в виду. — Я не разрешаю тебе смотреть в зеркало одному. Покажи его Гарри Поттеру, и тогда ты сможешь снова посмотреть на себя.

— Хорошо, — кивнул Рон и, молча вышел из класса. Дамблдор последовал за ним.

— И зачем Дамблдору нужно, чтобы я в него посмотрел? — удивился Вэй Ин.

— Цели директора понять сложно. Соглашайтесь завтра сюда прийти. У меня есть один план, — предвкушающе хмыкнул Снейп.

***

На следующее утро, когда Вэй Ин сидел в Большом зале, беззаботно жуя тост с джемом и временами кидая взгляды в сторону Лань Чжаня, который, как всегда, сохранял идеальную осанку и выглядел безупречно собранным, к нему подлетел Рон Уизли. С первого взгляда было видно, что парень чем-то взволнован. Его волосы были ещё более растрёпаны, чем обычно, а щеки пылали от волнения.

— Поттер! — выпалил он, даже не поздоровавшись. — Ты просто обязан пойти со мной! Я нашёл кое-что потрясающее! Ты ещё такого не видел, клянусь!

Рон буквально подпрыгивал на месте, его руки возбуждённо жестикулировали. Вэй Ин, который в этот момент лениво размазывал джем по новому тосту, поднял бровь и с лёгкой улыбкой посмотрел на Лань Чжаня, словно говоря: «Ты это слышал?» Лань Чжань ничего не ответил, но посмотрел на Уизли как на грязь на осенней дороге после дождя в Гу Су.

— Тсс, тише, Рон, — протянул Вэй Ин, ухмыляясь. — Кто-нибудь подумает, что ты зовёшь меня на свидание. Почему не Эдриана с Люцианом?

Рон побагровел и замахал руками, отрицая.

— Да брось, это не то, о чём ты подумал! Просто... Просто пойдём, ты должен это увидеть! Это в старом классе, там такая вещь, что... Ну, сам увидишь!

Вэй Ин, решил поддержать игру. Он откинулся назад, вздохнул и с притворной неохотой протянул:

— Ну, я не знаю, Рон... У меня, знаешь ли, планы. Может быть, позже? Или...

— Пожалуйста! — Рон сложил руки в мольбе, его лицо стало ещё более умоляющим. — Ну, Поттер, не будь таким! Ты просто обязан это увидеть!

— Хорошо, хорошо, — махнул рукой Вэй Ин, смеясь. — Ты убедил меня. Мы идём.

— Мы? — переспросил Рон, заметив, как Лань Чжань молча поднялся из-за стола, следуя за Вэй Ином.

— Конечно, мы, — ответил Вэй Ин, слегка подмигнув. — Я без Лань Чжаня никуда. Куда я, туда и он.

Рон лишь вздохнул и кивнул, хотя было видно, что он немного нервничает. То ли от присутствия Лань Чжаня, внушающего его лёгкий трепет, то ли от предвкушения того, что произойдёт дальше.

Когда они вошли в старый класс, Вэй Ин и Лань Чжань сразу заметили зеркало. Оно по прежнему стояло в углу комнаты, но это было другое зеркало, лишь похожее на то. Рама выглядела менее потёртой, а орнамент был более скромным. Никаких надписей.

— Вот, — гордо сказал Рон, указывая на зеркало, сияя, как новенький галеон. — Смотрите, что сейчас будет. Это просто невероятно!

Вэй Ин скрестил руки на груди, усмехаясь:

— Ну, удиви нас, Рон Уизли.

Рон встал перед зеркалом, выпрямившись, насколько это было возможно, готовясь услышать восхищение и похвалы. Все шло сначала, как в прошлые разы. В зеркале отразился Рон, но так и остался в нем просто своим отражением, а из зеркала начал звучать резкий, громкий и очень язвительный голос:

— О, Мерлин, что это передо мной? Это юный маг или пародия на него? Волосы — как у дикого тролля, который неделю провёл в пещере! Эти пятна на мантии! Это что, завтрак? И, пожалуйста, скажите мне, что эти черные обкусанные ногти — это шутка?! Ты хоть когда-нибудь слышал о чистке ногтей, мальчик? И это ты ученик Хогвартса? Я бы даже в Азкабане выглядел лучше!

Рон замер, его лицо побагровело, а рот открылся, словно он пытается что-то сказать, но не может найти слов. Вэй Ин, напротив, пытался сдержаться, но не смог. Он начал смеяться так громко, что его смех эхом разнесся по комнате, заглушая дальнейшие язвительные комментарии зеркала.

— Это... Это лучшее, что я слышал за всю неделю! — выдохнул он, утирая слёзы от смеха. — Рон, ты просто герой! Ты привёл нас сюда, чтобы это зеркало рассказало всё, что оно думает о тебе?

Рон замахал руками и затряс головой.

— Нет! Оно... Оно не всегда такое! В прошлый раз оно показывало не то... И не разговаривало...!

Зеркало не унималось, продолжая бубнить что-то про "ужасный вкус в одежде" и "полное отсутствие манер". Лань Чжань, который всё это время стоял в стороне, наконец сделал шаг вперёд и, бросив на зеркало холодный взгляд, строго произнёс:

— Достаточно.

Зеркало тут умолкло. Рон, всё ещё красный от смущения, отвернулся, бурча что-то себе под нос про магические предметы, которые "слишком много болтают".

— Рон, — выдохнул Вэй Ин, всё ещё улыбаясь, — ты сделал мой день. Серьёзно. Спасибо тебе за это.

Рон зло зыркнул на заклинателей, и почти бегом покинул класс со словами:

— Больше я сюда не ногой.

Вэй Ин бросил ещё один взгляд на зеркало и, усмехнувшись, сказал:

— У Снейпа отличное чувство юмора!

======

Глава 40 поздним вечером.