Шуточный рассказ в стиле анекдота. Писала-писала главу и опечаталась в тексте. Опечатка вышла забавная и в голове сразу родилась эта вещица. Надеюсь, улыбнётесь.
Сидит Альбус Дамблдор в суде, где судят Люциуса Малфоя. Смотрит на него директор Хогвартса и думает:
— БМерлин, какой же он красивый... Эти волосы, эта осанка, эти аристократичные черты лица... Жаль только, что скоро умрёт...
Потом произносит вслух:
— Приговорить к поцелую дементора. Кто «за»?
«За» было большинство. Дамблдор поправляет очки и заполняет пергамент словами приговора.
Через некоторое время Малфоя заводят в специальное помещение, где дементоры выпивали души преступников. Аврор зачитывает ему приговор:
— Решением Визенгамота Люциус Абраксас Малфой приговаривается...
И тут аврор умолкает. Второй его спрашивает:
— Ну что там? Давай, дальше читай.
Тот показывает, что в документе, и говорит:
— И исправить нельзя, всё заверено каждым членом Визенгамота и принято Магией. Иди, зови.
Второй аврор уходит. Люциус встревожен:
— Что там написано? Дочитайте уже! Это ведь мой приговор, я хочу знать!
— Решением Визенгамота Люциус Абраксас Малфой приговаривается к поцелую директора.
— Что?! Неееет!
Дверь открывается. Дамблдор входит с невинной улыбкой и характерным блеском в глазах за полумесяцами очков.
— О, Люциус! Мне сказали тут у нас небольшая проблемка, — говорит он, поглаживая бороду.
Малфой отшатывается к стене:
— Дамблдор, нет! Это же явная ошибка! Должен быть «поцелуй дементора»!
— Ошибка? Возможно, ведь я действительно писал торопливо... Но что поделать, — Альбус театрально всплёскивает руками и делает шаг в сторону Малфоя. — Приговоры, вынесенные Визенгамотом изменению не подлежат.
Авроры переглядываются и тихо отходят к выходу.
— Постойте! — кричит Люциус. — Это же нарушение моих прав! Дамблдор, умоляю! Пощадите!
Альбус продолжает приближается с озорной улыбкой, разводя руки, как для объятий.
— Ну что же вы так волнуетесь, я гораздо лучше дементора, а приговор есть приговор!
Люциус, который пять минут назад был готов гордо умереть, падает в обморок… и просыпается.
Он дома в собственной постели и в холодном поту. Сердце бешено колотилось, а перед глазами всё еще стояло видение: Дамблдор с вытянутыми губами для поцелуя.
— Мерлин мой... это был всего лишь кошмар,
— прошептал Люциус, дрожащей рукой вытирая лоб. — Но какой же это был ужас! Нет, лучше уж Азкабан, лучше поцелуй дементора - что угодно, только не... это!