Kass2010

Глава 21. Защита Фаласа

Added 2025-05-26 22:25:56 +0000 UTC

Где-то в степи, восточнее Железных Холмов

Пространство перед Железными Холмами едва напоминало то, на котором еще вчера утром вастаки с гордостью готовились к бою. Теперь оно было покрыто стоптанной и выжженной травой, черным пеплом, телами павших и обугленными останками тех, кто попал под пламя дракона. Над землей стлался дым, в воздухе смешались запахи гари, пота и крови. Крики и стон тех, кто еще был жив и пытался выбраться из-под груд тел братьев по оружию, давили на слух и сознание. Там, где еще на рассвете били в барабаны и реяли знамена степных племен, теперь завывал ветер, хлопая брошенными стягами, шевеля гривы убитых лошадей.

Остатки войск племен Харгис, Варангчууд и Суххолтай, еще недавно горделиво смотревших на своих врагов свысока, теперь были полны уныния. Многие уцелевшие кони хромали, на лицах воинов копоть и кровь, а в глазах страх. Размах и ярость, с каким на них обрушились гномьи топоры, эльфийские стрелы, магия чародеев и самое страшное — огненное дыхание дракона, — сломали многих из них.

Дарга Шенггэр пал в сражении, сраженный эльфийской стрелой, что нашла его сердце в самый разгар битвы. Его люди пытались унести тело с поля брани, но налетал дракон, и стало не до мертвых, остаться бы в живых. Дарга Тогту был тяжело ранен: голова его была перебинтована кровавыми тряпицами, одна рука висела плетью, и он с трудом удерживался в седле и в сознании.

Войско вел дарга Батуган, почти не пострадавший в битве.

Никто из степняков не ожидал такого разгрома: ведь численный перевес был на их стороне. В первые минуты атаки казалось, что победа вот-вот станет их. Но они так глубоко ошиблись. Все атаки разбились об непоколебимую оборону гномов. Неизвестно откуда появившиеся эльфы, казавшиеся истерлингам слишком легкими и изящными для кровавой сечи, словно летали по полю смерти с сверкающими мечами, а их стрелы выкашивали лучших воинов. А уж появление чародеев и дракона стало настоящим концом всему: степляки побежали, уже не думая о победе, желая одного — остаться живыми.

Дарга Батуган особым свистком подозвал своего сокола. Он аккуратно закрепил на его лапе кожаную капсулу с коротким посланием.

“Дарга Олкаба. Мы разгромлены. Железные Холмы устояли. Тех, кого не убили гномы, эльфы и чародеи, вставшие на их защиту, сжег дракон. От войска почти ничего не осталось. Шенггэр убит, Тогту тяжело ранен. Я веду тех, кто уцелел к тому месту, где пути наши разошлись. Прости нас за это бесчестье...”

Сокол сорвался с руки, тенью взмыл в небо, словно призрак степного духа.

Воины молча смотрели ему вслед, гадая, что сталось с теми, кто пошел на Дорвинион...

Фалас, Дорвинион

Там, где Море Рун касается каменистого берега, откуда берут начало все улицы Фаласа, города виноградарей, петляя поднимающиеся по горному склону вверх, за стоящими на пристани, истертой ногами рыбаков и грузчиков, складами, лавками и трактирами, возвышалась оборонительная стена. Стена была построена, чтобы хоть как-то оградить город со стороны моря, ведь попасть в Фалас можно было только по этому склону горы, на которой он был построен. В самом центре стены размещались ворота, сейчас закрытые и запертые. На стенах расположились те, кто собирался дать отпор истерлингам.

Еще утром из арки портала, установленного на центральной площади Фаласа, единственном просторном месте города, в город пришел отряд лесных эльфов. Первым из портала шагнул Трандуил — высокий и невероятно красивый, в богатых доспехах и мифриловом венце на платиновых волосах. В его глазах читалась глубина прожитых тысячелетий, в осанке и походке — грациозность эльфа и достоинство владыки. Выражение лица было нейтрально-холодным.

За ним шеренга за шеренгой на площадь выходили лесные эльфы: все высокие и статные, похожие в своих сияющих позолоченных доспехах, на юных богов, с настолько легкой поступью, что казалось, они не касались ногами земли. Их лица были светлы и спокойны, а глаза — ясны, как лунные ночи. В них совсем не было страха, только готовность к битве.

Из жителей в городе остались лишь старики, женщины и дети. Они и вышли поглазеть на это чудо. И теперь они стояли с изумлением тараща глаза и раскрыв рты. Taур мог быть доволен произведенным эффектом.

— Эти эльфы, — прошептал один из мальчиков, — они такие, такие... будто из старых сказок.

— Смотри, мама, у него корона, — выдохнула девочка, сидящая на руках у женщины, указывая пальчиком на Трандуила.

— Конечно, милая, это корона, — усмехнулся кто-то из стоящих рядом стариков, — ты смотришь на короля лесных эльфов Трандуила.

Таур оглядел собравшихся горожан и подумал, что он еще способен испытывать сострадание и желание защищать, несмотря на то, что давно устал от кровавых подвигов. Помнить, ради чего они сражаются, означало, что он еще не потерял себя в миллионах прожитых дней.

Стемнело. На стене, защищавшей город, стояли в ожидании нападения и лесные эльфы, под командованием своего короля, и эльфы авари, чей отряд возглавил Леголас, приняв в него Аурлора, мудрого и опытного командира разведывательного дозора с его воинами.

Когда тьма сгустилась совсем, на черной воде, подсвеченные луной, стали видны контуры двух кораблей. Это могли быть только враги. Друзья не подходят к пристани почти бесшумно, без огней, скрываясь под покровом ночи. Они причалили к пристани и стали спрыгивать с кораблей, стараясь двигаться бесшумно. Но когда все они оказались на пристани, в тишине ночи прозвучала команда Трандуила: — Лучники, залп!

И стрелы запели в воздухе, безошибочно находя себе жертвы в рядах отряда, собиравшегося атаковать город. Истерлинги попытались открыть ответную стрельбу, но, увы, безуспешно: выпущенные ими стрелы, едва коснувшись невидимого для них защитного купола, вспыхивали и мгновенно сгорали.

Сотник, руководивший передовым отрядом, что-то скомандовал, и вастаки вдруг резко разбежались от ворот, к которым изначально стремились в разные стороны, оставив лежать на пристани три десятка убитых эльфийскими стрелами степных воинов. Защитники, очевидно, недооценили истерлингов: у них явно был какой-то запасной план.

***

Трандуил, Леголас, Аурлор, Северус, Антонин, Хисильдиэн и Хурманиэль собрались для обсуждения ситуации.

— Скажите мне, что вы можете сказать о боковых склонах горы? — поинтересовался Трандуил у Хисильдиэна и Хурманиэля, когда стало понятно, что брать штурмом стены и атаковать ворота истерлинги не собираются.

— Там просто скалы, владыка, — с почтением произнёс Хисильдиэн, — нет дорог и даже троп, подходящих для людей. Камни, ущелья, обрывы. Возможно, лесные эльфы бы смогли пройти по этим склонам, но не люди.

— Хотелось бы в это верить, — сдержанно пробурчал Долохов, обращаясь не столько к собеседникам, сколько к себе самому. Его взгляд пытался углядеть что-то в темноте.

Снейп же решил уточнить:

— А теоретически все же, есть ли шанс, что вастаки смогут подняться по этим склонам? Людей очень мотивирует на самые отчаянные поступки ситуация, когда смерть поджимает сзади, а впереди ждёт награда.

Хурманиэль пожал плечами с эльфийской невозмутимостью.

— Раньше они такого не делали. Все же они конные воины и жители степей. Скалы не их поле битвы, — сказал он, — но теоретически подняться можно, хоть далеко не каждый дойдёт, сорвавшись вниз.

Северус бросил быстрый взгляд на Антонина – тот сразу всё понял и выругался по-русски, что выдало крайнюю степень его озабоченности.

— В чем дело, Гвадор? — заметив озабоченность магов, Трандуил обратился к Снейпу.

— Мы защитили город магией, владыка, — произнёс он, — Вы все видели, как сгорали стрелы истерлингов. Защита накрывает стену, площадь и улицы. Однако... — Северус быстро взглянул вверх, — со стороны вершины скалы барьер не устанавливался, не было причины.

— Похоже, пора нам придется разделить силы, — обдумав услышанное, сказал Трандуил, перебивая охватывающее тягостное молчание, — если враг действительно сможет туда дойти, мы должны быть готовы встретить его и там. Я возьму три десятка воинов и отправлюсь туда.

Король махнул рукой куда-то вверх.

— Но, да... — взволнованно начал Леголас, но отец его остановил.

— Леголас, я доверяю тебе командование обороной подступов к городу со стороны Моря Рун. Вы же не думаете, что на этих двух утлых суденушках сюда прибыла вся армия истерлингов?

— Это разведка боем, — согласно кивнул Аурлор.

Снейп посмотрел на Таура.

— Я могу последовать за вами, владыка?

— Если ваш друг останется здесь.

— Останусь, куда я денусь, — кивнул Долохов и добавил. — Будь там осторожен, Север!

Небо начинало светлеть. Близился рассвет. Можно было немного передохнуть: новых сил на подходе к городу пока не наблюдалось, а тот небольшой отряд, что стремился подняться наверх, вряд ли будет атаковать засветло.

Днем, предсказуемо, все было спокойно, но едва стемнело, вечерний сумрак накрыл Фалас, как вдруг где-то наверзу раздался тревожный крик. Из темноты наверху, над городом, появились вастаки. Их осталось менее сотни. Они рассчитывали на внезапность, но, увы, на их пути стояли готовые сражаться воины лесного короля вместе с ним самим.

Увидев перед собой воинов с сияющими мечами, истерлинги завопили что-то на языке степей, но, заметив, что им противостоит небольшой отряд, воодушевились и кинулись вперед с яростным воем, рассчитывая, если не на свои умения, то на численное преимущество. Видимо, сказалось то, что степняки давно не сталкивались в бою с бессмертными воинами. По крайней мере два или три поколения точно. Поэтому их самонадеянность стала роковой ошибкой.

Трандуил обнажил свои мечи. Эльфийская сталь запела тонким серебряным звоном, разрезая ночную тьму. Взгляд Таура был ясен и, как всегда, бесстрашен и беспощаден. Эльфы замерли, ожидая приказа к атаке. Вастаки напали первыми.

Эти степняки отличались богатырским телосложением для своего народа, грубыми чертами лиц и бешеными глазами. В руках их были щиты и сабли. Но они привыкли больше к конному бою на больших просторах и сильно уступали эльфам в росте, что означало, что руки воинов Трандуила, сжимающие клинки, были на пол-локтя или даже на локоть длиннее. Эльфы легко уклонялись от их ударов и "доставали" истерлингов с большего расстояния.

Клинки Таура сверкали в свете луны. Его движения были так быстры, что почти неуловимы — такое не снилось бы даже танцорам на эльфийском празднике. Таур, почти не касаясь земли, пронёсся сквозь ряды противника. Мечи серебряными молниями разрезали воздух и плоть. Каждый выпад был безошибочен, нанося удары то в шею, то в грудь, то в руку врага. То был не бой, а танец смерти, который танцевал лесной владыка, а рядом с ним кружились лесные эльфы: быстрые, проворные, ловкие.

В самом центре яростной схватки находился Северус Снейп. Он давно сменил свои мантии на эльфийскую одежду и отличался от лесных воинов только тем, что в его руках не было никакого оружия — ему было достаточно магии. Северус бросался заклинаниями и ставил щиты, когда требовалось прикрыть кого-то из эльфов.

Отряд истерлингов неумолимо редел.

Когда последний из степняков бросился на лесного короля, отчаянно что-то выкрикнув на своем языке, Трандуил отбил его удар и, молча, одним плавным движением вогнал клинок в сердце противника. Всё было кончено. Ночь снова наполнилась тишиной. Таур вытер клинки о плащ павшего врага и спокойно произнес:

— Пожалуй, можно перекусить и открыть бутылочку здешнего вина. А потом вздремнём. Да, Гвадор? Вряд ли нас кто-то побеспокоит в ближайшее время.

Северус кивнул, оглядевшись по сторонам.

— Заслуженный отдых, владыка. Эльфийские вина до сих пор поражают меня не только своим вкусом, но и полным отсутствием каких-либо последствий для организма на следующий день после их употребления. В каком бы количестве они не поглощались.

— В этом у дорвинионских сортов нет конкурентов, — выразительно хмыкнул Трандуил.