Kass2010

Глава 20. В башне Рейвенкло

Added 2024-11-13 00:28:49 +0000 UTC

Энтони Голдстейн и Терри Бут, которые уже успели познакомиться с Гарри и Боэ, оказались сидящими за столом напротив них. Слева и справа на лавках расположились другие первокурсники Рейвенкло: Падма Патил, Лайза Турпин, Мэнди Броклхерст и Майкл Корнер. Гарри хорошо знал Падму и Майкла; они тоже были членами ОД. Лайзу Турпин и Мэнди Броклхерст он почти не помнил. Лица показались ему знакомыми — и всё. На него самого посматривали все вороны, но старались делать это незаметно, от, к примеру, гриффиндорцев.

Корнер на пятом году их обучения встречался с Джинни Уизли, поэтому и попал на собрание в трактире «Кабанья голова» в Хогсмиде по её приглашению вместе со своими друзьями Энтони и Терри, которых он сам уже пригласил. Он не был, по воспоминаниям Гарри, особенно приятным парнем, зато, оставшись в Хогвартсе на 7-й курс, Майкл Корнер пытался освободить первокурсников, которых брат и сестра Кэрроу заковали в цепи, но был пойман. За этот поступок его жестоко пытали, в том числе заклятием Круциатус. Потом он принимал непосредственное участие в битве за Хогвартс. Корнер для Гарри был ярким примером того, что настоящим героем может оказаться тот, на кого и не подумаешь, и обратно.

Поттер посмотрел на преподавательский стол. Дамблдор не выказывал явного недовольства его распределением, в отличие от Макгонагалл, которая кидала на него такие взгляды, как будто он предал лично её. Снейп сидел со своим обычным презирающим всех видом, Флитвик, похоже, был рад тому, что Поттер «достался» ему. Поскольку шрама и крестража в голове Гарри не было, он не мог сразу определить, что-то под тюрбаном у Квиррелла: есть Волдеморт или нет.

Церемония распределения закончилась. Гарри посмотрел на стоявшую перед ним пустую золотую тарелку и понял, что с удовольствием поест. Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развёл руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы. Аппетит у Поттера пошёл в минус.

— Добро пожаловать! Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всем спасибо!

Столы наполнились едой. Миссис Вайред отлично готовила и заставляла их с Боэ правильно питаться, поэтому набрасываться на еду никакого желания не было. Поттер и Маур положили себе на тарелки немного ростбифа, варёную картошку, горох, морковь — всё, что было из овощей, — игнорируя жареных цыплят и жирные отбивные. Потом появились десерты, а после Дамблдор напомнил всем о квиддиче и правилах, а также сообщил про запретный коридор.

«Значит, всё повторяется пока точь в точь, кроме моего распределения и того, что я приехал в Хогвартс не один», — подумал Гарри, не зная, радоваться ли этому или огорчаться.

— Что за ерунда? — проговорил Хиллиард, услышав про запрет прохода по правой части коридора на третьем этаже. — «Для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью»? Не ожидал такого от Дамблдора. Вместо того, чтобы объяснить, почему мы не должны этого делать, он напустил туману и создал интригу. Готов поспорить, что не пройдет и недели, как кто-то из львов решит проверить слова директора. По крайней мере, он должен был посвятить старост в чем-то там дело.

— А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор.

И началось обычное безобразие с распеванием — кто во что горазд.

Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,

Научи нас хоть чему-нибудь.

Молодых и старых, лысых и косматых,

Возраст ведь не важен, а важна лишь суть.

Гарри заметил, что одна из девушек за их столом обменивается взглядами с Перси Уизли и вспомнил… Это была Пенелопа Кристалл, у неё со старостой Гриффиндора был роман.

В наших головах сейчас гуляет ветер,

В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух,

Но для знаний место в них всегда найдётся,

Так что научи нас хоть чему-нибудь.

«Кто интересно придумал такие странные слова для гимна магической школы?» — подумал Боэ, страдая от какофонии вокруг, моля Акервид Креадора, чтобы эта пытка поскорее закончилась.

— О, музыка! — воскликнул Дамблдор, когда все наконец допели. — Её волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь — спать!

Пенелопа посмотрела умоляющими глазами на Роберта. Он был недоволен её безмолвной просьбой, но всё же кивнул.

— Первокурсники, встаём парами и следуем за мной! — распорядился Хиллиард и вывел свой скромный отряд из дверей Большого зала первым, опередив даже слизеринцев.

Пройдя в арку на шестом этаже, ведущую в башню Рейвенкло и поднявшись по винтовой лестнице наверх, первокурсники оказались перед дверью, у которой не было ни ручки, ни замочной скважины: сплошное полотно из старого дуба и бронзовый молоток в форме орла. Роберт трижды постучал дверным молотком. Откуда-то сверху прозвучал вопрос:

— В каком месяце болтливая Джейн говорит меньше всего?

— В феврале — самом коротком месяце, — ответил Хиллиард, усмехнувшись простому вопросу; видимо, он был рассчитан на первокурсников, которые стояли у него за спиной.

— Верно! Проходите.

— Запомните! — сказал староста, открывая дверь, на которой появилась бронзовая ручка. — Вот так вы будете попадать на территорию нашего Дома. Вопрос каждый раз будет новым, и правильный ответ на него послужит паролем, благодаря которому можно попасть внутрь. Пусть вас не пугает необходимость отвечать на вопросы. Вороны быстро учатся, и вскоре вам понравятся эти загадки, хотя, конечно, это вызывает некоторое раздражение, когда вы вдруг вспоминаете, что что-то забыли, и вам срочно нужно попасть внутрь. Я бы посоветовал вам трижды проверить свою сумку на наличие всего необходимого, прежде чем покидать башню Рейвенкло.

Роберт улыбнулся, давая понять первокурсникам, что он шутит, и пропустил всех внутрь, а потом зашёл сам.

Из прошлой жизни Гарри смутно помнил, как выглядела башня Рейвенкло изнутри. Когда он там побывал, его волновал исключительно вопрос крестражей; на разглядывание интерьера просто не было времени и желания. Он отлично помнил статую Ровены Рейвенкло, которая находилась в нише прямо напротив входной двери. Ровена была изображена слегка улыбающейся и в полный рост. Голову её венчала диадема. Ему тогда пришлось залезть на постамент, чтобы прочесть надпись на ней. Сейчас он с восхищением разглядывал всё вокруг.

Гостиная Рейвенкло была круглой, как и гриффиндорская, но её отделка была гораздо более приятна глазу, чем резкие алые львиные цвета. Высокий купол потолка был расписным; это была громадная картина звездного неба. Синие стены гостиной прорезали изящные арочные окна с голубыми шёлковыми занавесками. В центре гостиной Рейвенкло располагались удобные диваны и кресла, обитые мягкой тканью глубокого синего цвета, которые приглашали учеников удобно устроиться с книгой. На полу были расстелены ковры с замысловатым узором, что добавляло комнате уюта и тепла вместе с пылающим камином и мягким светом свечей.

Вдоль стен стояли высокие, почти до самого потолка, книжные шкафы, заполненные книгами.

— Наша библиотека — настоящее хранилище знаний, которыми ученики факультета могут пользоваться каждый день, — сообщил староста.

В промежутках между книжными шкафами и окнами висело несколько портретов.

У Рейвенкло славная история. Многие великие новаторы волшебного мира учились на нашем факультете. Это Перпетуа Фанкорт, — сообщил Хиллиард, подойдя к портрету пожилой леди в кресле с каким-то астрономическим прибором в руках, — изобретательница Луноскопа, магического прибора для наблюдения фаз луны. Умерла в начале этого года. Портрет мадам Фанкорт даёт дельные советы в области астрономии.

— Это Игнатия Уайлдсмит, — Роберт указал на портрет дамы в старинном костюме, которая дремала на стуле с высокой резной спинкой, — изобрела в XIII веке летучий порох. К сожалению, почти все время спит.

— Это Лоркан Маклэрд, министр магии в Магической Британии с 1923 по 1925 год, — представил первокурсникам портрет джентльмена, который молча кивнул и выпустил из палочки затейливую дымовую фигуру. — С ним довольно проблематично общаться: обычно он отвечает фигурами из дыма.

— Также выпускниками нашего факультета являются ныне здравствующий знаменитый изготовитель палочек Гаррик Олливандер, 31-й министр магии Миллисент Багнолд и многие другие достойные маги.

— Это одна из основателей, первый декан нашего факультета Ровена Рейвенкло, — сообщил Роберт, подводя своих подопечных к мраморной статуе. — Тут мы с вами и остановимся.

В этот момент дверь в гостиную снова открылась, и внутрь зашли другие ученики факультета. Одной из последних была Пенелопа Кристалл, вторая староста Дома. Она смущённо улыбнулась Роберту в ответ на его грозный, осуждающий взгляд и быстро встала рядом с ним и первокурсниками в ожидании прихода декана. Остальные вороны расселись по диванам и креслам.

Профессор Флитвик не заставил себя ждать. Он почти вбежал в гостиную и начал говорить прямо с порога.

— Я рад видеть всех, кого уже знаю, и ещё более рад видеть пополнение в нашем Доме. Обычно мы принимаем в свою стаю не более пяти птенцов, но в этом году у нас целых восемь новых воронов. Давайте ещё раз познакомимся с ними. Это Падма Патил, Лайза Турпин, Мэнди Броклхерст, Терри Бут, Энтони Голдстейн, Майкл Корнер, Бели Вайред и Гарри Поттер.

Когда Флитвик произнёс имя Гарри, на него устремились взгляды всех воронов, а две девочки-второкурсницы глуповато захихикали. Поттер посмотрел на них и узнал. Это были Чжоу Чанг и Мариэтта Эджком. Посмотрел на них и декан, после чего они сразу успокоились и замерли.

— Сейчас мы проведём ритуал принятия вас в Дом Рейвенкло, — сообщил Флитвик. — Вы готовы принести клятву о соблюдении правил и традиций, принятых на факультете?

— А можно сначала ознакомиться с ними? — спросил Энтони Голдстейн.

— Я бы удивился, если бы этот вопрос не прозвучал, — весело улыбнулся декан. — Конечно! Роберт?

— Мы все соблюдаем десять правил:

1. Стремись к знаниям: каждый день учись чему-то новому и всегда задавай вопросы, чтобы расширить свои горизонты.

2. Развивай критическое мышление: не принимай информацию на веру без размышлений и анализа.

3. Уважай интеллект других: признавай и цени умственные способности своих однокурсников и учителей.

4. Будь открытым для идей: исследуй различные точки зрения и будь готов пересматривать свои взгляды.

5. Поддерживай атмосферу творчества: способствуй развитию наук, вдохновляй других на новые открытия.

6. Развивай логику и воображение: ищи баланс между аналитическим мышлением и творчеством.

7. Сохраняй любопытство: никогда не прекращай интересоваться миром и стремись к новым открытиям.

8. Делись знаниями: помогай другим в учебе и делись своими открытиями с сообществом.

9. Сохраняй скромность: помни, что истинная мудрость заключается в признании того, что ты не знаешь всего.

10. Береги традиции Дома: чти наследие Ровены Рейвенкло и гордись тем, что ты — часть великой истории.

— Спасибо, Роберт, — кивнул Флитвик. — Пенелопа, традиции!

— Другие факультеты считают нас индивидуалистами, думают, что у нас нет духа товарищества, но это не так. Просто мы не стремимся афишировать, что именно происходит на факультете. В Доме Рейвенкло всегда поощрялось стремление к знаниям и самосовершенствованию. Традиционно в гостиной регулярно проводятся академические дискуссии и дебаты, в которых могут участвовать все ученики факультета. Традицией факультета является наличие нескольких клубов: книжного, дуэльного, древних рун и зельеварения. Одной из важнейших традиций факультета является наставничество: старшие ученики помогают младшим адаптироваться и развивать свои способности. Все ученики участвуют в мероприятиях, посвящённых истории Дома Рейвенкло, что позволяет лучше понять и сохранить наследие Ровены. Мы вместе празднуем успехи учеников, что вдохновляет других на новые свершения.

— Ну что? Готовы к клятве? — уточнил Флитвик, когда Кристалл закончила говорить.

— Готовы, — ответил за всех Боэ, которому и правила, и традиции пришлись по душе.

Филиус Флитвик подошёл к подножию статуи Ровены Рейвенкло и постучал своей волшебной палочкой по постаменту. Его фронтальная сторона плавно выдвинулась вперёд, превращаясь в подобие раскрытой мраморной книги. На её страницах были высечены правила и традиции Дома Рейвенкло.

— Прикоснитесь к книге своими палочками. Я прочту клятву, и каждый из вас скажет в конце её одно слово: «клянусь», — сказал Флитвик. Все первокурсники встали в полукруг перед статуей, протянув к «книге» свои палочки.

«Я торжественно клянусь чтить наследие Ровены Рейвенкло, стремиться к знаниям, мудрости и истине. Обещаю поддерживать дух факультета, соблюдать его правила и традиции. Я обязуюсь использовать свои способности и таланты во благо нашего Дома и всего магического сообщества. Да будет мой путь освещён светом разума. Клянусь!»

Падма Патил, Лайза Турпин, Мэнди Броклхерст, Терри Бут, Энтони Голдстейн, Майкл Корнер, Бели Вайред и Гарри Поттер — все повторили за деканом: «Клянусь!»

После этого «книга» засветилась и снова вернулась на своё место, а все вороны встали и запели:

В небе над башней — мудрости крылья,

Рейвенкло принимает новых воронят.

За знания, готовые работать с усилием,

Встанут они тут на крыло и полетят.

Никогда не угаснет стремление к знаниям,

Творчество и свет истины — воронов путь.

К мудрости, тайнам, научным исканиям

Стремись! Дорога открыта, нужно шагнуть!

Gaudeamus Igitur.mp3

Не нашла подходящего под размер стиха приличного хора, потому пусть просто будет Гаудеамус))

Церемония завершилась аплодисментами и поздравлениями от профессора Флитвика, который пожелал первокурсникам удачи и успехов в предстоящих годах учебы и жизни в Хогвартсе.

***

Спальни учеников Рейвенкло находились ещё выше, чем гостиная. Не зря это был «птичий» факультет: воздух был их родной стихией, и жизнь под самой крышей высокой башни никого не пугала. Поскольку воронов было немного, они, по желанию, могли селиться так, как им хотелось: по трое, по двое и даже занимать отдельные спальни. Пенелопа Кристалл увела Падму Патил, Лайзу Турпин и Мэнди Броклхерст на винтовую лестницу, ведущую в спальни девушек, а Роберт, расспросив мальчиков об их желаниях, «заселил» Терри Бута и Энтони Голдстейна вдвоем, как и Боэ с Гарри. Майкл Корнер пожелал жить один.

Спальня мальчиков в Рейвенкло, где поселились Поттер и Маур, была просторной. С одной стороны находилось большое окно от пола до потолка. Сейчас сквозь него были видны лишь звёзды на ночном небе, но утром они смогут увидеть, какой вид оттуда откроется. С обеих сторон от окна стояли две изящные кровати с пологами из синего бархата, украшенные бронзовыми нитями, образующими узоры созвездий. Каждое из спальных мест имело плотные занавеси, которые можно было закрыть для уединения. Подушки и покрывала также были выполнены в глубоких синих тонах, придавая комнате атмосферу спокойствия и уюта.

У каждой кровати располагался небольшой столик с лампой, выполненной в форме миниатюрного телескопа, а в изголовье — полочка для книг, чтобы они всегда были под рукой. Напротив кроватей находились два одинаковых стола, предназначенных для учёбы и письменных работ. Стулья были мягкими и удобными, а сами столы — широкими и вместительными, с множеством ящиков для хранения всех необходимых учебных принадлежностей. По обеим сторонам от входной двери находились два шкафа для одежды и личных вещей.

Сил разбирать свой багаж у мальчиков не было, и очень хотелось спать. Засыпая, Поттер думал о том, почему в Гриффиндоре ничего подобного не было для первокурсников. И Макгонагалл даже не зашла в гостиную и ничего им не сказала. А спальни приятно отличались от общих для всего курса на Гриффиндоре…

Разбудил утром солнечный зайчик. Гарри поднялся и подошёл к окну, желая посмотреть, что из него видно. Он знал, что эта башня была третьей по высоте в замке, уступая только астрономической и гриффиндорской. Так, очевидно, и было. Из окна их с Боэ комнаты открывался потрясающий вид на окрестности: были видны и Черное озеро, и Запретный лес, и теплицы, и поле для квиддича.

— Любуешься? — спросил бесшумно подошедший к Поттеру Маур, с любопытством разглядывая вид из окна.

— Столько воспоминаний, — ответил Гарри.

Оказалось, что ночью домовики разобрали весь багаж, и теперь одежда и обувь были аккуратно развешаны и расставлены в шкафу, а учебники, тетради и прочие школьные принадлежности разложены на столе и в его ящиках. Это сильно ускорило сборы друзей. Едва они спустились в гостиную, как туда пришёл Флитвик и попросил Гарри пройти с ним к нему в кабинет для короткой беседы.

— Что-то не так, профессор? — уточнил Поттер.

— У меня к вам вот какой вопрос. Где и с кем вы сейчас живёте? — Флитвик был слегка напряжён. Вчера, после того как ученики отправились спать, его вызвал директор. Дамблдор выразил удивление по поводу такого распределения Мальчика-который-выжил и приказал ему выяснить тот вопрос, что он задал Гарри. Получалось, что Альбус, хоть и утверждал, что он опекун мальчика и что Поттер живёт в защищённом месте, вообще не знал о нём ничего.

— Я живу с моими опекунами в их доме. В чём проблема? — ответил Гарри. Они мысленно обдумывали возможный интерес к этому вопросу и подготовили несколько вариантов ответов.

— В «Книге душ» исчез ваш, мистер Поттер, предыдущий адрес, а новый так и не появился. Дом ваших опекунов находится на скрытых землях?

«Гоблинская защита работает!» — порадовался мысленно Гарри. Он дорого заплатил за то, чтобы обезопасить Гилберта и Энн от визитов директора и его креатуры.

— Мои опекуны — маглы. Какие скрытые земли? — Поттер вздохнул и покачал головой. — Профессор, если вы хотите обсудить моё детство, это займёт некоторое время. Перенесём беседу на вечер?

— Хорошо, — кивнул Филиус. — Поговорим после ужина.

Позже всех из преподавателей в Большой зал пришла Макгонагалл и раздала деканам новые расписания для их факультетов.

— Что это, Минерва? — изумлённо-недовольным тоном спросил Флитвик, размахивая новым расписанием для первого курса Рейвенкло. — Сначала было странное совмещение уроков Рейвенкло и Хаффлпаффа. Ты с пеной у рта целый час доказывала мне, что так для всех будет лучше, а что сегодня? Почему вдруг партнёрами по занятиям моим воронам стали твои львы? Ты, конечно, прости, но Гриффиндорцы редко блистают на чарах.

— И никогда на зельях, — вставил Снейп, у которого зельеварение на первом курсе теперь изучается в комбинации Слизерин/Хаффлпафф и Рейвенкло/Гриффиндор. — Это, конечно, лучше, чем то, что ты раздала вчера, где Слизерин был в паре с Гриффиндором, но совершенно не рационально, даже вредно. Если всё так и останется, через пять лет на высших зельях не будет ни одного студента.

— Я всю ночь не спала, переделывая расписание по новому распоряжению директора. Все вопросы к нему, — поджав губы, буркнула Макгонагалл.

Директора за завтраком не было.

***

— Вон он, смотри!

— Где?

— Да вон!

Эти шёпотки Гарри слышал со всех сторон с того самого момента, как Роберт повёл первокурсников на завтрак. Он постарался дистанцироваться от них, полностью направив свой слух на слова Хиллиарда.

— В замке сто сорок две лестницы. Одни из них широкие и просторные, другие — узкие и шаткие. Есть лестницы с исчезающими ступеньками. С дверями тоже не всё просто. Некоторые из них не откроются до тех пор, пока вы не обратиться к ним с вежливой просьбой. Другие открываются касанием в определённом месте. Есть ещё фальшивые двери, которые никуда не ведут. Если с вами что-то случится или вы просто потеряетесь, скажите чётко «эльф башни Рейвенкло», и к вам на помощь придёт домовик. Он либо справится с вашей проблемой сам, либо приведёт к вам ближайшего профессора или кого-то из наших старшекурсников. Это понятно?

Первоклассники закивали.

— Всё, мы пришли на завтрак. Ешьте, потом я отведу вас на первый урок.