Глава 109

Спустя десять часов. Комиссар Августин Мерцелиус.

- Граждане Вильяр Уникус! Вчера произошло событие, которое повергло всех в шок! Пока больше миллиона солдат храбро сражаются против богохульных бунтовщиков, крон-принц Тивгарт решился на открытое восстание в тылу против планетарного губернатора Надрокта Третьего! И это теперь непререкаемое доказательство того, насколько сильно династия Файсотануров сгнила от собственного гедонизма! Вместо того, чтобы уничтожить богохульных бунтовщиков, они стали грызться за власть, не считаясь с потерями и не обращая внимания на страдания простых людей, которые могут позволить себе все меньше и меньше! Но что еще хуже, Имперская Гвардия и Комиссариат вместо того, чтобы все это остановить и заставить всех сесть за стол переговоров, были просто куплены губернатором Надроктом Третьим и встали на его сторону, начав обвинять крон-принца в немыслимых злодеяниях! Так, например, комиссар Пятнадцатого Верлонского Полка, Августин Мерцелиус, начал заявлять о том, что крон-принц убил преподобного епископа Хинжандо Барагаца и что вместо него теперь простая марионетка! Вопиющий вздор, который этот человек говорит ради той роскоши, которой его окружили! На самом же деле епископ Барагац перешел на сторону крон-принца, также подкупленный его обещаниями о деньгах и титуле архиепископа! Все это в очередной раз доказывает непререкаемую праведность моей миссии, ниспосланной мне! Мы с вами должны приложить все усилия ради того, чтобы уничтожить династию гедонистов Файсотануров и очистить Экклезиархию от лживых алчных священников! Но сделать это можно только, если мы с вами встанем плечом к плечу! Поднимитесь, все до единого! Поднимитесь и сбросьте с себя оковы этих лжецов! Во славу Бога-Императора Человечества!

Запись остановилась.

Тварь все больше уходила в пропаганду и теперь решила среагировать на восстание Тивгарта, причем в довольно интересной манере. Она не поддерживала ни того, ни другого, продвигая тезис о том, что тут вся династия плохая, а потому ее нужно менять. К тому же, она пыталась дискредитировать Гвардию и Комиссариат. Непонятно было, правда, где Тварь говорила то, что знает сама, а где просто импровизирует, пытаясь сделать так, чтобы ни одна из сторон не получила от нее какой-либо значительной поддержки. Как-минимум, с Барагацем точно была импровизация - она услышала мою речь, но просто начала заявлять о том, что я лгу. Тут было неважно, правда это или нет, тут было важно не соглашаться со мной, создавать альтернативную точку зрения.

И что самое противное - это, в какой-то мере, работало.

В следствии этой речи, вокруг Второго Фронта начали происходить многочисленные акции нападений на протексов, а также на административные здания и храмы.

Шли они одновременно с тем, как по всему улью начинались волнения из-за призыва Тивгарта. Как минимум три раза было зафиксирована, как культисты сталкивались с тивгартистами, устраивая перестрелки.

Все это оперативно пытались подавить протексы огнем на поражения, но проблема заключалась в том, что у нас людей было банально мало, а потому все задавить не успевали.

На наше счастье, Тварь слышали лишь в нескольких обдисах, где у нее были различные тайные сторонники из числа религиозных фанатиков, которые ей доверились. Доступа к общей вокс-сети у нее не было, потому эти столкновения угрозы какой-то серьезной не несли.

На что рассчитывала Тварь, было вполне понятно. Поднять серьезное восстание в тылу, что позволит ей перейти в наступление и прорвать фронт, можно было даже не надеяться, для этого необходимо гораздо больше ресурсов. Ее главной целью, как я понимал, было нанести определенный ущерб и ослабить нас. Долгоиграющая стратегия, по которой нам пытались наносить множество ударов, которые подтачивали нашу возможность вести войну.

Стоило признать, в какой-то мере это работало. Медленно, но верно, ситуация на планете ухудшалась. Если в момент нашего прилета все было более или менее нормально, то сейчас мы были уже на грани. Еще немного и мы могли действительно не выдержать.

И тогда все будет кончено. Тогда мы утратим контроль над ситуацией. И война на этой планете в целом будет проиграна.

Потому нам нужно было сделать все, чтобы этого не допустить. Ради тех миллиардов простых людей, которым не на кого было больше рассчитывать, кроме нас.

Я открыл глаза и вновь посмотрел на переполненный поезд. Вместе с нами на полу сидели несколько десятков преторианских гвардейцев, что ехали вместе с нами на фронт. Именно они должны были вместе с нами встать против надвигающихся тивгартистов. Нашей задачей было следовать тактике "ударил-убежал". Вместо того, чтобы пытаться выстоять против этой армады, мы должны были всеми силами тормозить их, нанося мелкие, но постоянные потери, истощая их физически и морально.

В конце-концов они должны были подойти к уже готовящейся линии обороны, которая их окончательно остановит и позволит окружить подоспевшим войскам.

Занять все это должно было несколько дней, которые необходимо было выдержать. Любой ценой выдержать.

После этого, как я понимал из плана Геберика, нам останется только держать оборону и взять тивгартистов измором, так как у них не останется никаких запасов продовольствия - их сейчас активно вывозили или просто сжигали.

Звонок от фельдмаршала Альдихара заставил меня прервать поток мыслей.

- Слушаю вас, фельдмаршал,- тихо сказал я. Благодаря противогазу, услышать меня никто из преторианцев не мог.

- Господин комиссар, у нас, по всей видимости, возникла проблема,- начал главнокомандующий СПО Вильяра.

Я нервно сжал левую руку.

Нам проблем и так хватало.

- Что случилось?

- У многих СКО возникают... сложности с тем, что прибыть на место,- начал объяснять старик мне,- Зафиксированы множество диверсий - у кого на рельсах, у кого на поездах, у кого на тяговых подстанциях. Выглядит, как действия тивгартистов или бунтовщиков, но я лично сомневаюсь. По всей видимости, это дело рук самих кланов. Никто прямо не говорит, но похоже, многие пытаются остаться нейтральным в конфликте - они не уверены в том, что мы выдержим. Подобная стратегия даст им возможность избежать проблем с Тивгартом в случае его победы.

"- Суки..."

- То есть мы остаемся без СКО?- подытожил я, уже осознавая, чем это нам грозило.

- По большей части - да,- без удовольствия ответил мне Альдихар,- Кланы будут изо всех сил пытаться тормозить прибытие войск. Однако, тут все зависит от нас. Если мы покажем, что Тивгарт не способен одержать победу и вскоре проиграет, они присоединяться.

Я очень сдерживался, что не высказать все, что я думал об этом.

- Понятно. Значит, сделаем все, чтобы показать это. Что еще?

- Беспорядки в поддержу тивгартистов ширятся,- начал фельдмаршал,- Оставшиеся протексы и СПО пока что справляются, хотя если все так и дальше будет идти, им может просто не хватить людей. Тут тоже все зависит от успехов на фронте.

- Понятно,- как можно более сдержано ответил я.

- На этом все, господин комиссар.

- Конец связи.

Я закрыл глаза.

Мрази. Жадные клановские мрази. Ради своих шкур они были готовы пойти даже на диверсии, только бы убедиться, что они будут воевать за правильную сторону. Да, СКО были совсем немногочисленными - они были тут чем-то вроде ЧОПов у кланов. Однако, они были хорошо вооруженными и подготовленными, потому могли нам хорошо помочь с тем, чтобы остановить тивгартистов.

Теперь же нам нужно было еще доказать, что они могут пойти на подобное... Я как-то не думал, что до подобного дойдет, однако, тут уже другого выбора не было. Мы не могли сейчас с этим разбираться. Раз уж кланы ставили свое условие для своего участия в войне против Тивгарта, то придется их выполнить, придется показать, что именно нас нужно поддерживать.

Все же, у нас еще оставалось достаточно войск, чтобы это сделать.

Части СПО, СМО и САО, протексы, спецподразделения, тенеры, преторианцы, навигаторская гвардия, санконтроль, храмовые стражницы и арбитры - все они сейчас спешили сюда всеми возможными способами.

Последние, к моему счастью, тоже не стали медлить. По сообщениям Ногрона, из Цитадели выбралось несколько тысяч человек в полной боевой выкладке, плюс еще несколько тысяч выдвигались из всех Фортов, кроме прифронтовых. Действовали они, правда, вразнобой - там выделялось восемь различных группировок, каждая из которых отказывалась действовать совместно с остальными, но даже так это была существенная помощь.

Была даже надежда на то, что у нас будет комплект силовой брони, но выяснилось, что ее уже успели сломать.

В это же время к планете уже прибывали первые шаттлы с корабельной полицией, капитанскими гвардиями и абордажными командами. Навигатор "Гертикуса Кентинора" и магосы кораблей свои войска отказались предоставлять, но это было терпимо. Плюс еще не смогли прислать корабельных комиссаров - со слов Ортигурта, они были нужны, чтобы поддерживать порядок на корабле, который остался практически без боевого экипажа.

Я был не против - все же, так Ниринта не окажется в предстоящей битве. Я не знал, где она, но мне было куда спокойнее знать, что она сейчас будет на корабле, в безопасности...

В этот момент поезд начал тормозить.

- Пять минут до прибытия!- раздался по воксу голос претор-майора Тагота Габунзара, который был назначен Тунцергосом командующим всеми преторианскими частями, посланными против тивгартистов.

Номинально мы теперь подчинялись ему, будучи частью всей его группировки, в то время, как он сам подчинялся уже генералу СПО Бардикту Уцону, который в свою очередь подчинялся маршалу СПО Тиосуну, назначенному Альдихаром командующим на главном направлении, в сторону входа во Внутреннюю Пирамиду.

Иерархия выходила довольно странная, однако сейчас это никого не волновало. Я не был хорошим стратегом, преторианские офицеры не были ими тем более, потому тут лучше всего было подчиняться приказам людей, которые знали, как командовать большими группировками войск в местных условиях.

Риск в этом был. И Уцон, и Тиосун, и даже сам Альдихар могли как оказаться тивгартистами, так и примкнуть к ним из желания в дальнейшем получить выгоду. Им было достаточно просто неправильно нами руководить, чтобы дать Тивгарту прорваться. Но сделать с этим уже ничего нельзя было. Сидеть в штабе и следить за всеми я не мог, на фронте нужны были все, кто мог держать оружие и кто точно не предаст, так что приходилось доверять этим людям.

Во всяком случае, двое из них сидели во Внутренней Пирамиде и они явно понимали, что с ними могут в любой момент разобраться, если они предадут.

- Всем приготовиться!- вновь сказал претор-майор, после чего все преторианцы начали вставать с пола.

Я решил последовать их примеру. Рингер, Раот и Бюрдар начали вставать на ноги рядом с Гихьяном.

Последнего я тоже решил взять с нами, так как он был все же ветераном Гвардии, а потому имел немалый боевой опыт. Тот факт, что ему уже было пятьдесят пять лет, ему, с его же слов, никак не мешал.

"- У лазгана нет отдачи, а целиться я еще могу."- как он сам сказал, когда я предложил ему.

Невольно пронеслась мысль об Аскирте и Филгеирте. Теперь их не было со мной. Вместо них теперь были Раот и Бюрдар. Да и Димы я уже очень давно не видел.

Сами мы были теперь вооружены на такой максимум, на какой только можно было. Из арсенала преторианской гвардии мы вчетвером взяли хелганы, прицепив батареи от них к спине - тяжелых боев в замкнутых пространствах сейчас не ожидалось, потому и в фильтрбаллонах нужды не было, простые противогазы с фильтрами вполне могли справиться с задачей.

Гихьяну, к сожалению, оружия нового не досталось - тут нужна была помощь техножрецов, а на это времени не было.

Из дополнительного оружия все взяли самые мощные лазпистолеты, а также по десять дымовых гранат. Это был максимум, который мы могли унести с собой, дальше уже просто было некуда.

Плюс ко всему, каждый получил по генератору силового щита, на подобии того, что у нас были во время подавления погромов после смерти Абаша.

Этого должно было хватить.

За окном резко стало светлее.

Мы приехали на станцию. Та была практически полностью пустая - на ней была только группа из гражданских в серых грязных робах брали длинный рельс с помощью каких-то щипцов, поднимали их и клали на плечи других рабочих, которые затем тащили его к одному из выходов.

Двери открылись и мы стали выходить из вагонов. Со всего поезда выходили десятки преторианцев, вооруженных самым разным оружием - лазганы, хелганы, болт-пистолеты, стабберы и гранатометы. Все были увешаны гранатами и дополнительными магазинами, словно гирляндами. Все были с силовыми щитами.

- Выдвигаемся на позиции согласно плану!- приказал претор-майор. Эти позиции были помечены на общей карте, так что мы уже знали, где должны были занять оборону.

- Идем.- коротко сказал я своей новой команде и мы направились к лестнице, что вела вниз, вместе с еще сотней других преторианцев.

Около минуты мы шли вниз по лестнице. Другие бежали через неработающие эскалаторы.

Внизу мы очутились на пешеходной трассе. Напротив нас был другой коридор, метра четыре шириной, в который мы и направились. Мы оказались в коммерсантском квартале, в котором было множество мелких ларьков по обе стороны коридора - сейчас все они были уже закрыты.

Еще через минуту медленного бега мы оказались левом нижнем углу фут-корта, из которого в разные стороны расходились еще три выхода и три лестницы. Мы направились в коридор в правом верхнем углу, напротив нас, завернув при этом направо. Остальные преторианцы, следуя своим планам, направлялись в другие коридоры и лестницы. С нами оставалось несколько отделений.

Несколько десятков метров - поворот налево. Еще минута бега, по лестнице вниз на три этажа и мы выбрались остановку троллейбусной дороги. Кабеля тут уже были все сняты, что радовало - отряды, которые занимались диверсиями инфраструктуры, работали достаточно оперативно.

Здесь наш отряд разделился. Три отделения завернули налево, один - вперед, а еще два вместе с нами - направо.

По пути нам встретилась еще одна троллейбусная остановка, в которую мы все и направились. Там была новая развилка. Лестница и два поворота, налево и направо. Преторианцы отправились в повороты, а наш отряд стал подниматься наверх.

Через нее мы выбрались на пешеходную дорогу. И тут уже нам пришлось разделиться. Тут было много пешеходных дорог и на каждой из них необходимо было поставить по одному человеку, чтобы иметь возможность затормозить пешие колонны тивгартистов и одновременно иметь возможность не дать им зайти нам во фланги.

То, куда каждый из нас должен был отправиться, мы уже обсудили заранее, пользуясь советами Бюрдара. Сейчас именно он был полевым командиром у нас, так как имел больше всего опыта, как общего, так и на этой планете.

- Удачи всем, парни,- проговорил я напоследок,- Берегите себя.

- И ты себя береги,- ответил мне Гихьян,- Главное без глупостей, а то знаю я тебя.

- Сделаю все возможное.

- Уклончивые ответы и никаких точных обещаний - мое любимое,- сказал сервитор.

- Настоящий комиссар,- продолжил за ним Бюрдар.

- Вижу, вы подружитесь,- сделал я вывод, после чего посмотрел на время. Оставалось немного,- Выдвигаемся.

Повернув налево, я направился вместе с Рингером вперед по широкой дороги, после чего остановился рядом с первым перекрестком. Сам парень, кивнув мне, побежал дальше, к следующему перекрестку.

Именно здесь мы должны были вступить в бой. Тактика тут была проста - убить несколько человек и отступить до того, как тивгартисты вообще что-то успеют сделать. Если отряд противника будет немногочисленным, то можно было попытаться задержать его или даже уничтожить. После этого все нужно было повторить уже на другой дороге, и так, пока не закончится боезапас.

Сейчас, с нашими немногочисленными силами, да еще и без укреплений, это было все, на что мы были способны.

- Шесть-Три-Один - на месте. Прием,- произнес я по воксу. К счастью, ретрансляторы все еще функционировали, а потому мы не останемся без связи. Плюс ко всему, благодаря этому удавалось видеть расположение каждого солдата на карте в реальном времени. В наших условиях это было одним из краеугольных камней всей обороны.

- Принято, Шесть-Три-Один. Ожидайте. Расчетное время атаки - пять минут. Прием.- произнес мне в ответ претор-лейтенант, к которому мы сейчас были привязаны.

Я посмотрел за угол, на дорогу, которую мне нужно было прикрывать.

Всего в ста метрах от меня виднелась глухая стена гермозатвора, который уже успели опустить перед наступающими тивгартистами. Согласно данным, те уже приближались к нему.

В очередной раз я просматривал цифровые карты всего окружения. Как-только по мне откроют огонь, мне придется отступать через винтовую лестницу. Оттуда получиться еще несколько раз выстрелить по тем, кто попытается меня атаковать. Затем - подняться наверх, пройти через жилблоки, закрыть за собой гермозатворы и вновь встать на пешеходную дорогу и вновь ждать атаки.

Главное - действовать быстро и все получиться.

В этот момент я заметил, как на двери стали появляться ярко-оранжевые пятна. Еще спустя несколько секунд они превратились в ярко-желтые, практически белые, пока в конце-концов расплавленный металл не стал стекать вниз, образуя дырки, из которых с шипением вырывалось пламя.

Это были тивгартисты. И они вовсю пытались вскрыть гермодверь с помощью резки, что у них очень успешно получалось - все же, там было меньше сантиметра толщины металла, дело на несколько минут.

- Это Шесть-Три-Один, противник начал прорыв. Прием.- сообщил я. Одновременно с этим начали приходить сообщения от Рингера, Гихьяна, Раота и Бюрдара, а также многих других преторианцев. Тивгартисты шли широким фронтом по всем дорогам, в которых можно было двигаться пешими шеренгами по три-пять человек в ширину.

Всего дырок в двери передо мной было пять и все они стали расходится ровными линиями в разные стороны.

И уже через минуту они стали соединяться, пока, в конце-концов, громадный металлический кусок, почти два метра в высоту и где пять в ширину не рухнул с грохотом на бетонный пол.

Затем послышались аналогичные удары из коридоров впереди и позади меня.

- Шесть-Три-Один. Прорыв. Прием,- сообщил я, спрятавшись за угол и одновременно подключаясь к системам камер. По ту сторону затвора они были все разбиты, но с моей стороны еще работали, а потому можно было следить за противником, не выглядывая из-за угла.

Довольно весомая помощь для того, чтобы сохранить фактор внезапности.

По ту сторону отверстия, края которой все еще были ярко-оранжевыми, виднелись группы сварщиков с большим высокими баллонами метра полтора в высоту, установленные на тележки, за ними несколько десятков солдат с лазганами.

Но почти в тот же момент солдаты начали целиться в камеры и расстреливать их из лазганов, после чего приходилось переключаться на другие, более дальние. Благо, что тут камер было превеликое множество.

Первыми вперед выдвинулись восемь человек, которые начали заглядывать в боковые коридоры, а затем быстро продвигаться вперед, одновременно расстреливая одну камеру за другой.

За ними стали идти другие отделения. Одно, второе, третье. Вскоре уже несколько десятков человек перешли гермозатвор. Одни шли вперед, другие сворачивали, устраивая обыски в жилблоках.

Внутри были противоречивые чувства. Эти люди не были ни бунтовщиками, которые объявили войну всему Империуму, ни тем более фанатиками, последовавшими за Тварью. Это были обычные люди, которые пошли за человеком, которого считали более достойным претендентом на престол губернатора, которого к тому же поддержал знаменитый и авторитетный священник.

С моей стороны было понятно, как это все получилось, как к этому всему готовились, как этих людей готовили ко всему этому. И от того было гораздо сложнее воспринимать их, как врагов.

Однако, было понятно, что сейчас никак нельзя по другому. Выйти и попытаться поговорить? Они могли отказаться слушать, а в таком случае меня просто могли убить. К тому же, у меня был четкий приказ от Геберика и Алтанзора. Вступать в переговоры с теми, кого уже назначили предателем - этого сейчас я делать не мог никак, даже если бы захотел.

Потому, оставалось только одно - убивать.

Вскоре они уже прошли полпути и продолжали приближаться. Они явно торопились - слишком быстро двигались по открытому коридору и слишком сильно скапливались на открытом пространстве. Тивгарт их подгонял.

Сорок метров. Тридцать метров.

Последние два поворота были ими проверены. Теперь оставалась только эта дорога, где были все мы.

- Шесть-Три-Один. Начинаю. Прием,- произнес я по воксу.

- Принято, Шесть-Три-Один. Прием,- прозвучал мне ответ.

Лазерный луч, направленный справа налево, снизу вверх, промелькнул возле меня. Камера, что висела на потолке, была уничтожена. Больше у меня глаз не было.

Можно было начинать.

Нажав на кнопку генератора, я активировал силовой щит. Голубая рябь возникла и быстро погасла.

Шаг из-за угла.

Впереди - несколько десятков человек. Те, что стояли впереди, успели отреагировать и вздрогнули, пытаясь навести лазганы на меня, но они не успевали.

Указательный палец нажимает на спусковой крючок.

Хелган стал изливать поток лазерных лучей. Первый тивгартист получил два луча, в живот и грудь.

Второй - два в грудь. Третий - тоже в грудь.

Началась реакция. Большинство разбегались в коридоры, другие стали стрелять, но лазерные лучи попадали в щит, медленно его разряжая.

Девяносто семь процентов.

Девяносто три.

Девяносто.

Еще трое были убиты, получив лазерные лучи в тело. Еще одного удалось убить в спину, когда он попытался убежать в коридор. Затем лазерные лучи врезались в одного из тех, кто уже спрятался и пытался выстрелить из-за угла.

Восемьдесят восемь.

Восемьдесят шесть.

Я спрятался. Больше открытых целей не было. Надо было отходить, иначе щит разрядиться слишком сильно, а тивгартисты начнут меня давить огнем.

- Шесть-Три-Один - отхожу!- ответил я и побежал к винтовой лестнице через дорогу.

- Принято!- ответили мне все четверо. Раз я отходил, то и всем остальным тоже нужно было - противник сможет простреливать всю дорогу тут.

Вбежав на винтовую лестницу, я спрятался за небольшой стеной и стал ждать, смотря по камерам. Здесь их еще можно было задержать ненадолго.

Лишь спустя секунд десять первый из них все же появился первый солдат, который из-за угла начал осторожно просматривать дорогу. Но там сейчас никого не было.

Еще двое вышли из-за угла и направились ко мне - хотели проверить.

Несколько секунд и я вновь выскакиваю. Противник, до которого было всего метра три, успевает среагировать и первым начинает стрелять.

Восемьдесят четыре.

Ответный выстрел. Лазерный луч попадает ему в грудь. Второй и третий, за углом, также стреляют.

Семьдесят пять.

Выстрел. Первый мертв. Второму луч попадает в лицевую маску противогаза и он падает на пол.

Дальше по дороге, там, где был Рингер, я вижу еще солдат. По ним никто не стреляет - там негде спрятаться.

Быстро перевожу хелган с тридцати процентов до ста и начинаю одиночный огонь.

Первый. Второй. Третий. Четвертый. Все остальные успевают скрыться за поворотами.

Неплохо.

Из-за угла передо мной вылетает граната и взрывается непомерно яркой белой вспышкой, которая сопровождалась громким хлопком, от которого системе пришлось убавлять у меня слух.

Свето-шумовая.

На меня она не действовала.

Впереди выскочили сразу три солдата, которые моментально открыли огонь по мне.

Семьдесят два.

Семьдесят.

Два выстрела - два трупа. Еще один успел скрыться за противоположным углом.

По мне вновь начали стрелять, но уже с другой стороны. Сразу несколько стрелков.

Шестьдесят пять процентов.

Следовало отходить.

Я скрылся и стал быстро подниматься наверх по винтовой лестнице, одновременно отключив щит - для экономии заряда. Пытаться их удержать на винтовой лестнице я не стал - они вряд ли попытаются штурмовать здесь, скорее решат обойти.

Следующий этаж был жилблоком маленьких комнатушек, через которые я пробежал как можно быстрее, после чего вышел к еще одной лестнице, по которой спустился вниз, оказавшись на остановке трамвая. Его линия пешеходную дорогу, по которой сейчас пытались идти тивгартисты.

Это был новый угол, которым я мог воспользоваться.

Парни уже стояли рядом с другими проходами. Им также пришлось отступить.

Подсоединившись к камерами, я убедился в правоте своих действий - тивгартисты не стали даже пытаться идти по винтовой лестнице, а лишь держали ее на прицеле. Зато коридор, по которому я стрелял, уже заполнялся солдатами, что шли к нам, держа углы под прицелом.

- Шесть-Три-Два - начинаю. Прием.- произнес Рингер, после чего, как я заметил, открыл огонь из-за своего угла. Его силуэт почти в тот же момент стал мигать голубой рябью.

- Шесть-Три-Пять - начинаю. Прием,- произнес уже Бюрдар.

- Шесть-Три-Один - начинаю. Прием,- ответил уже я, включая щит и также выскакивая из-за угла.

Выстрел. Солдат, целившийся из лазгана вперед, не успел среагировать и был убит попаданием в грудь.

Второй. Еще один труп, не успевший прицелиться в меня.

Щит замерцал. В меня уже стали стрелять.

Шестьдесят два.

Пятьдесят девять.

Еще два выстрела. Два трупа.

- Шесть-Три-Три - отхожу! Прием!- произнес Раот.

- Принято!- ответил я, также начав отходить вместе с остальными.

Я развернулся и побежал обратно к трамвайной остановке, после чего спустился на один пролет и стал ждать, смотря по камерам. Здесь еще можно было их немного задержать. Мы должны были это делать каждый раз, когда была такая возможность. Даже одна минута, которую мы заставляли их войска тормозить, были важны.

Граната. Вспышка с громким взрывом. Потом еще одна.

Потом третья граната - мощный взрыв с пламенем, дымом и осколками, что разлетелись во все стороны, врезаясь в бетонные стены и потолок. Это уже была осколочно-фугасная.  Благо, меня не задело.

Из-за угла стали стрелять сразу из четырех лазганов, ведя огонь на подавление, однако все лазерные лучи просто пролетали над моей головой.

Несколько секунд и все прекратилось. Еще одна граната полетела уже в сторону остановки - солдаты знали, что она должна быть тут и что я наверняка там их поджидал.

На этот раз взрыв был куда сильнее, прямо напротив лестницы.

Пятьдесят восемь. Ударная волна от осколочно-фугасной ударила по щиту, но это было терпимо.

По камерам я увидел, как все четверо солдат стали идти ко мне. Двое целились в остановку, еще двое - прикрывали дорогу.

Я побежал наверх, перепрыгивая через две ступеньки, присел, вытащил ствол хелгана из-за угла и стал стрелять очередью.

Первый, не заметив меня, погиб, получив три выстрела в живот и грудь. Второй открыл огонь, но попал в щит и также погиб. За ним отправились третий и четвертый.

Пятьдесят шесть.

Попадание по щиту. Сзади. Тоже двое.

Пятьдесят пять.

Я дернулся в сторону, а затем развернулся и выскочил.

Выстрел. Выстрел. Оба попадания, но и в меня успели попасть, еще немного разрядив щит.

Пятьдесят один.

Можно было отходить.

Как можно быстрее я, вновь отключив щит, спустился на один этаж вниз, оказавшись в коммерсантском районе.

И, к моему удивлению, этот район сейчас грабили. В аптеке, в магазине бытовой химии, в обувном магазине - везде сейчас были десятки мародеров в масках, которые сгребали все в пакеты.

Это было неожиданно. Тут, вообще-то, боевые действия были, но их это никак не волновало и они все равно пришли сюда, пытаясь разграбить то, что сейчас находилось не под охраной из-за того, что гражданских эвакуировали, а солдаты и протексы были отправлены на фронт.

Стоило им завидеть меня, они дергались, отскакивая от своих заполненных пакетов, словно кипятком ошпаренные, после чего поднимали руки. Но я на них никакого внимания не обращал. Меня они сейчас не волновали.

- Внимание всем - в коммерсантских районах мародеры. Будьте осторожны,- сказал я по общему каналу. Все же, будет не очень хорошо, если это как-то затормозит парней. Стоило предупредить.

- Блять, серьезно?- удивленно и одновременно злобно проговорил Рингер,- Тут война, вообще-то, идет.

- А вот я нихуя не удивлен.- произнес Раот. Голоса в его злобе было не меньше, чем у Рингера.

- Аналогично,- сухо продолжил Бюрдар.

- Поверь, Ринги, это в порядке вещей тут,- закончил Гихьян, пока я продолжал бежать по коридорам.

Магазины одежды, строительных инструментов, еды, напитков, сигарет, алкоголя, аксессуаров, бижутерии - везде были мародеры, везде все сгребали, пугаясь при виде меня, а затем вновь продолжая, как-только я убегал.

Ублюдки. Как же я ненавидел этих ублюдков, всех тех, кто грабил, пользуясь случаем. Хотелось их всех расстрелять, однако я понимал, что сейчас я этого сделать не мог. Они не представляли для нас непосредственной угрозы, у них даже оружия никакого не было.

Пусть пока грабят. С ними разберутся потом.

Прямо, направо, потом налево, к лестнице. Поднявшись наверх, я оказался у выхода на нужную мне пешеходную дорогу, через которую, судя по камерам, бунтовщики пытались продвигаться, пускай теперь еще более осторожно.

Саму дорогу теперь прикрывали сразу шесть человек, с обоих углов - двое стояли, двое сидели и еще двое лежали. За ними солдаты быстро перебегали, заворачивая на трамвайную линию.

Следовало подождать, пока они не начнут наступление.

Оно началось уже через минуту. Солдаты, встав у стен, начали идти быстрым шагом вперед колоннами по одному.

Активирую щит, присаживаюсь, выскакиваю и начинаю стрелять по солдатам, что шли на другой стороне дороги.

Первый, второй, третий, четвертый. Все упали на пол, не успев что-либо сделать. Половина отделения есть.

Вторая четверка, шедшая на моей стороне, начала по мне стрелять, попав два раза в щит.

Сорок восемь.

Огонь не прекращался, даже когда я спрятался.

Нужно было отходить. Тут уже ничего не сделаешь - тивгартисты будут подавлять меня огнем столько, сколько смогут. Попытаюсь высунуться, просто разряжу щит, убив всего несколько человек. Это того не стоило.

Выключив щит, на этот раз я поднялся наверх, вновь перепрыгивая через ступеньки. Наверху оказался вход на небольшой мануфакторум по сборке бытовой техники, но я завернул направо, параллельно дороге, которую прикрывал, и побежал вперед, к следующей лестнице.

Спустившись по ней, я оказался в очередном жилблоке с отдельными однокомнатными квартирами, судя по карте. Их тоже грабили - многие квартиры сейчас были вскрыты, а по коридорам бегали люди в масках, которые тащили с собой заполненные пакеты, мешки, сумки, а порой и что-то из бытовой техники, вроде микроволновок.

"- Не сейчас..."- сказал я сам себе, подавляя возникшее резко желание их всех пристрелить.

Я добрался до пешеходной дороги, повернул налево и выбрался на остановку троллейбуса, линия которого пересекала пешеходную дорогу, которую я прикрывал.

Однако дальше идти уже не имело смысла. Тивгартисты поливали угол, за которым я должен был спрятаться, вместе с противоположным углом огнем сразу из нескольких лазганов. Лучи попадали в стену рядом со мной.

На других участках, как я видел, было все тоже самое.

- Эти ребятки, похоже, запуганы по полной,- произнес Гихьян по воксу,- Стреляют на подавление везде, где могут.

- Придется отступить,- предложил Бюрдар,- Пускай доходят до следующих гермодверей без боя, все равно им уже ничего не сделаешь с таким перевесом в количестве.

Решение было вполне логичное. Все же, нас было мало, щиты под таким огнем быстро схлопнуться, а выскакивать без них было смерти подобно - под таким огнем нас сметут без всяких проблем. А у нас каждый солдат был на вес золота.

- Согласен,- все же сказал я,- Шесть-Три отходит до Линии-Два, здесь уже ничего не сделаем. Прием.

- Принято, Шесть-Три. Прием,- услышал я спокойный голос претор-лейтенанта. Он мог попросить нас задержаться, в случае, если бы понял, что мы плохо поработали. Но по всей видимости, свою работу мы сделали достаточно хорошо.

Развернувшись, я побежал обратно по дороге, в сторону Линии-Два. Около минуты понадобилось на то, чтобы добраться до нужной точки, после чего все гермозатворы стали закрываться, отделяя нас от тивгартистов.

Я выдохнул, давая себе немного расслабиться. Пускай это было не так тяжело, как обычно, все равно так бегать в полной боевой выкладке было тяжеловато.

Однако, я понимал - это ненадолго. Несколько минут и противник пойдет в атаку. Гермозатворы вновь будут прорваны и мы вновь начнем расстреливать врагов, а затем убегать от него, и повторять это раз за разом, пытаясь выкроить крохи времени для основных сил.

Но я был готов к этому. Потому что мы должны были остановить все это.