Kass2010

Глава 23. Где Северус узнает тайну рода Принц

Added 2025-08-11 18:42:16 +0000 UTC

Прошла уже неделя с начала учебного года в Хогвартсе, и жизнь первокурсников-слизеринцев постепенно входила в привычное русло. Утренние завтраки, уроки, домашние задания, вечерние беседы в общей гостиной — все это начинало казаться естественным и знакомым.

Аурелиус проявлял отличные способности во всех предметах. Его превращения на уроках Макгонагалл были почти безупречными, заклинания у Флитвика получались с первого раза, а травология давалась ему настолько легко, что профессор Спраут не скрывала своего восхищения. Даже история магии Бинса, несмотря на монотонность подачи, увлекала его.

Драко тоже преуспевал в учебе, хотя его больше интересовали практические аспекты магии. На уроках защиты от темных искусств он задавал Квирреллу множество вопросов о различных темных существах и способах борьбы с ними. Профессор, несмотря на свою странность и нервозность, явно был доволен таким интересом и даже начал проводить с Драко дополнительные занятия.

Блейз Забини оказался прирожденным дипломатом — он умел находить общий язык с учениками всех факультетов и даже с некоторыми гриффиндорцами. Теодор Нотт проявлял себя как вдумчивый теоретик, особенно преуспевая в изучении истории магии и теоретических основ заклинаний.

Но несмотря на общее благополучие, в последние дни Аурелиуса начали беспокоить странные ощущения. Иногда, особенно по утрам, в его сознании всплывали обрывки воспоминаний о детстве в Малфой-мэноре — но не его собственных воспоминаний о том времени, когда он жил там в теле Драко, а гораздо более ранних. Образы маленького белокурого мальчика, играющего в роскошных залах особняка, семейные ужины за длинным столом, уроки этикета с гувернантками. Эти видения были настолько яркими и детальными, словно он сам прожил всю жизнь Драко с самого рождения.

Драко же мучили совсем другие образы. Ему снились кошмары о темном чулане под лестницей на Тисовой улице — но не те несколько дней, которые он провел там в теле Гарри, а годы и годы заточения. Детские воспоминания о голоде и жестокости, о грубых криках дяди Вернона и тети Петунии, о бесконечном одиночестве и страхе. Просыпаясь, он не мог понять, откуда берутся эти чужие детские травмы — ведь он помнил лишь несколько дней у Дурслей, а его собственное детство в Малфой-мэноре было счастливым и беззаботным.

— Аури, — тихо позвал Драко однажды утром, когда они собирались к завтраку. — Тебе не снится ничего странного в последнее время?

Аурелиус внимательно посмотрел на друга. Драко выглядел усталым, под глазами лежали темные круги.

— Да, — осторожно признался он. — Мне снятся твои детские воспоминания. Но не те, что я мог видеть, живя в твоем теле, а гораздо более ранние.

— А мне снятся годы жизни в чулане у Дурслей, — прошептал Драко. — Не те несколько дней, что я там провел, а гораздо больше. Это не мои воспоминания, но они кажутся такими реальными...

Мальчики переглянулись. Что-то происходило между ними...

— Нужно рассказать отцу, — решил Аурелиус.

В тот же вечер, после ужина, когда большинство учеников разошлись по своим факультетским гостиным, Аурелиус и Драко направились в подземелья к кабинету декана Слизерина. Северус работал за столом, проверяя эссе второкурсников, и нахмурился, увидев мальчиков.

— Что случилось? — с лёгким волнением в голосе спросил он, отложив перо.

Аурелиус и Драко по очереди рассказали о своих странных снах и видениях — о том, как им снятся не просто отголоски обмена телами, а полные детские воспоминания друг друга. Северус внимательно выслушал их, время от времени задавая уточняющие вопросы.

— Понятно, — наконец произнес он, откинувшись в кресле. — Это, видимо, последствия обмена телами.

— А это опасно? — обеспокоенно спросил Драко.

— Не думаю, — честно ответил Снейп. — Но пока рано делать хоть какие-то выводы. Делайте записи о том, сколько раз в неделю видели что-то подобное.

— Отец, — осторожно начал Аурелиус, — а может ли эта связь усилиться? Или она, наоборот, со временем исчезнет?

Северус задумался, барабаня пальцами по столу:

— Честно говоря, таких случаев, как ваш, описано крайне мало. Обмен душами — это исключительно редкое явление.

— Но мы же не сойдем с ума? — встревожился Драко.

— Нет, — твердо ответил Снейп. — Ваши личности остаются четко разделенными. Просто иногда вы каким-то образом получаете доступ к воспоминаниям друг друга. В каком-то смысле это даже может быть полезно — вы лучше понимаете друг друга.

Мальчики кивнули и направились в свою гостиную. Северус же продолжал сидеть за столом, глядя им вслед. То, что они рассказали, беспокоило его гораздо больше, чем он показал. Подобные глубокие ментальные связи могли свидетельствовать... Да Мерлин знает о чём!

Ему нужен был совет Октавиуса.

***

Поздним вечером Северус прошел камином в Принц-касл. Старинный особняк встретил его мягким теплым касанием ауры, радуясь возвращению наследника. Домовик сообщил, что хозяин в своем кабинете. Там он его и застал, как обычно, работающим над какими-то документами.

— Северус! — обрадовался старик, поднимаясь из-за стола. — Не ждал тебя сегодня. Что привело тебя так поздно? Неужели что-то случилось с Аурелиусом?

— В некотором роде, — ответил Северус и рассказал о странных видениях мальчиков.

Октавиус выслушал его молча, время от времени кивая.

— Это действительно необычно, — согласился он. — Но не критично. Я думаю, что это должно прекратиться само собой. Хотя...

Он замолчал, задумчиво глядя в огонь камина.

— Что "хотя"? — настороженно спросил Северус.

— Есть вероятность, что эта связь мальчиков не случайна, — медленно произнес Октавиус. — Возможно, высшие силы сами направляют события. Драко будет важен в дальнейшей жизни Аури.

— О чем ты говоришь? — не понял Северус.

Октавиус долго молчал, словно взвешивая что-то в уме. Наконец он встал и подошел к книжному шкафу. Нажав на скрытую панель, он открыл потайное отделение и достал оттуда красивую кожаную папку.

— Северус, то, что я сейчас тебе покажу и расскажу, является строжайшей тайной, — сказал он торжественно. — Тайной, которую наша семья хранила больше трех столетий. Ты слышал о Тайном совете лордов?

Северус нахмурился:

— Смутно. Это какая-то старинная легенда о тайном обществе чистокровных семей?

— Не легенда, — серьезно ответил отец. — Реальность. Тайный совет лордов существует уже более трехсот лет. Принцы — одни из его основателей.

Он открыл папку и показал Северусу старый пергамент с несколькими печатями.

— Совет был создан после принятия Международного статута о секретности. Тогда многие понимали, что статут не решит всех проблем, а простая самоизоляция — опасный путь. Достаточно вспомнить, что случилось с магическим анклавом Японии, который оказался в вынужденной изоляции от всего мира, когда сёгуны из рода Токугава решили "посадить страну на цепь", изолируясь от остального мира. Кризисом и войной завершилась изоляция для маглов, а для магов тоже не было ничего хорошего. Поэтому Тайный совет был создан для сохранения истинных магических традиций и противодействия деградации, к которой в итоге ведет любое масштабное ограничение.

— До недавнего времени активного вмешательства не требовалось. В отличие от радикальных группировок вроде Пожирателей Смерти, мы всегда выбирали мирный путь, — продолжал Октавиус. — Постепенная инфильтрация в государственные структуры, влияние на общественное мнение, подготовка кадров. За три века мы создали разветвленную сеть влияния во всех ключевых институтах магической Британии. Но с появлением таких фигур, как Гриндевальд, Дамблдор, а затем и Воландеморт, ситуация начала активно меняться.

— И какова ваша конечная цель? — спросил Северус, все еще пытаясь осмыслить услышанное, перебирая документы в папке: протоколы заседаний, какие-то планы, списки... Размах деятельности организации поражал.

— Мы хотим подвести Магическую Британию к новой форме руководства. Вернее, не новой, а такой же, как у маглов: конституционная магическая монархия под управлением достойного правителя из числа древних семей. Конец хаоса демократии и марионеточных министров вроде Фаджа, — ответил Октавиус.

— А что не так с Фаджем?

— Корнелиус Фадж — креатура Дамблдора, он был избран в прошлом году во многом благодаря поддержке Альбуса. Но уже первый год его на посту министра показал его несостоятельность. Совет планирует его смещение в ближайшие год-два. Мы предполагаем, что Дамблдор использует свое влияние на Фаджа, чтобы наводнить Министерство своими сторонниками. И это становится опасно.

— Почему? — уточнил Северус, хотя догадывался об ответе.

— Альбус Дамблдор считает себя единственным, кто знает, как должен развиваться наш мир. Его представления о "общем благе"страшнее любой тирании, потому что он искренне верит в свою правоту., — мрачно ответил Октавиус.

Северус чувствовал растерянность, что бывало с ним редко. Принцы — одни из организаторов грандиозного заговора, растянувшегося на века?!

— Но самое важное, — Октавиус достал еще один документ, — это пророчество Кассандры Ваблатски, сделанное ею в 1914 году.

Он протянул руку, ловко выдернул из папки один из пергаментов и прочел:

— "В самые тёмные дни явится сын двух отцов. Он станет Светочем для всех. Под его властью магическая Британия обретет мир, благоденствие и величие".

Северус почувствовал, как у него перехватывает дыхание: опять пророчество!

— "Сын двух отцов"... — прошептал он.

— Именно, — кивнул Октавиус. — Десятки лет мы гадали, кого имела в виду Кассандра. Было множество теорий, множество кандидатов. Но теперь всё стало очевидно.

Он встал и торжественно посмотрел на сына:

— Аурелиус Принц-Поттер. Родной сын Джеймса Поттера и твой сын по магии и крови. Он и есть тот Светоч, которого напророчила Ваблатски.

Северус откинулся в кресле, ошеломленный. Масштаб планов, в которые может быть втянут его сын, превосходил все, что он мог представить.

— Ты хочешь сказать, что Совет уже знает об Аурелиусе? — почти с ужасом уточнил он.

— Нет, — ответил Октавиус. — Только узкий круг посвященных. Пока что мы держим эту информацию в строжайшем секрете. Мальчик должен сначала повзрослеть, получить образование, проявить свои способности. Только тогда мы сможем открыть ему его истинное предназначение.

— А если он откажется? — Северус вспомнил характер сына, его независимость и упрямство.

— Не откажется, — уверенно ответил Октавиус. — Кровь Поттеров всегда стремилась к справедливости и защите слабых. А воспитание Принцев даст ему мудрость и понимание истинных ценностей магического мира. Он станет идеальным правителем. Кроме того, Поттеры — наследники Певереллов, ведущих род от первых королей.

— Первых королей? — переспросил Северус. — Каких королей?

— Магических королей Британии, правивших давно, — пояснил Октавиус. — Род Певереллов восходит к временам короля Артура. Формально Аурелиус имеет более законные права на престол, чем любой другой маг в стране.

Лорд Принц встал, подошел к окну и посмотрел на ночное небо:

— Пока же наша задача — защищать его и направлять. Дамблдор не должен узнать о пророчестве. Воландеморт, если вернется, тоже представляет угрозу. И другие силы, которые могут попытаться использовать мальчика в своих целях.

— Эти странные видения у детей... — начал Северус.

— Возможно, знак того, что их судьбы переплетены не случайно, — задумчиво ответил Октавиус. — Драко Малфой может стать его ближайшим сподвижником. Малфои не входят в Тайный совет. Пока не входят. Я думал пригласить Люциуса и открыть ему тайну. Уверен, что он все правильно поймет и оценит.

Северус чувствовал, как на его плечи тяжелой плитой укладывается огромная ответственность. Он-то думал, что, просто усыновив Гарри, спас одного несчастного ребенка. Но оказалось, что он станет будущим правителем магической Британии. Не бред ли это?

— Даже не знаю, что сказать, — проговорил он.

— А ничего говорить и не нужно, — ответил Октавиус. — Просто продолжай быть хорошим отцом. Обучай сына, защищай, давай ему возможность раскрыть свой потенциал. Когда придет время, все решится само собой.

Октавиус притянул к себе папку и сложил в неё обратно все документы.

— И помни — эта тайна не должна покинуть стены этого дома. По крайней мере, пока Аурелиус не достигнет совершеннолетия.

Возвращаясь в Хогвартс глубокой ночью, Северус чувствовал себя совершенно разбитым. Голова шла кругом: тайное общество, пророчества, грандиозные планы... И в центре всего этого — его одиннадцатилетний сын.

Проходя мимо входа в гостиную Слизерина, он зашел и поднялся к спальням. Нашел ту, где Аурелиус и Драко мирно спали в своих кроватях. Северус тихо заглянул внутрь. В мягком тусклом свечении из подводного окна Аури выглядел таким юным и беззащитным. Северусу захотелось разбудить мальчика, обнять его, защитить от всего мира. Но он лишь поправил одеяло и тихо вышел из комнаты.

Возвращаясь в свои покои, Северус размышлял о том, как изменилась его жизнь за столь короткое время. Всего год назад он был одиноким, озлобленным человеком, живущим только ради мести и долга перед памятью Лили. Теперь у него есть сын, которого он искренне любит, и невероятная ответственность за будущее целого народа.

"Тайный совет лордов", — мысленно повторял он. — "Триста лет планирования. И теперь все сходится к одной точке — к моему мальчику."

Он подумал о Дамблдоре, который тоже строил планы относительно Гарри Поттера. О том пророчестве Трелони, которое связывало судьбу мальчика с Темным Лордом. Теперь оказалось, что есть и другое пророчество, произнесенное намного раньше и, возможно, более значимое.

Северус продолжил размышлять. Что планы Дамблдора, что планы этого Тайного совета его беспокоили, но пока самым главным была безопасность сына. О ней стоит побеспокоиться в первую очередь.

==========

Политика Сакоку (яп. 鎖国, буквально «страна на цепи») — политика самоизоляции Японии от внешнего мира. Проводилась в течение двух столетий — с 1641 по 1853 годы.